Ральф Пейн-Галлоуэй. Стрельба высоколетящих фазанов в теории и на практике

(Sir Ralf F.-Payn-Gallowey, Bart . Shooting High Pheasant In Theory And Practice.)

                 

Ralph Frankland Payne Gallwey, Vanity Fair, 1893-08-10

                      

На заставке - фрагмент картины Арчибальда Торбурна

Содержание:

Гл.1. Цели, и как они выходят на выстрел. Влияние ветра на полёт заряда дроби. Почему ружьё стреляет немного выше по горизонтальным птицам, и немного ниже птиц, летящих над головой.

Гл.2. Осыпи и глубина проникновения дроби из ружей на различных дистанциях при стрельбе горизонтально и перпендикулярно, с выводами.

Гл.3. Эксперименты с крупной дробью. Сравнительные скорости мелкой и крупной дроби в отношении действия по дичи. Сверловки ружей в отношении убойности высоких фазанов. Звуки ударов дроби по дичи. Рассеивание дробин.

Гл.4. Высота, на которой фазан может быть убит. Лучший угол для стрельбы по высоким фазанам. Общие замечания по высоким фазанам. Влияние гравитации на заряд дроби. Вертикальная и горизонтальная стрельба.

Гл.5. Двадцать исключительно высоких фазанов и как они были биты. Выводы из этого. Шок дичи при ударе дроби.

Гл.6. Цели-фазаны и как они могли бы быть биты, если бы они пролетали живыми над головой. Вытягивание снаряда дроби при выстреле из ружья.

Гл.7. Пробиваемость дробин по живой птице на разных высотах. Различие в видимых размерах фазана когда кажется над головой и горизонтально. Как убить фазана над головой. Как убить высокого фазана, который прошёл позади стрелка. Положение ружья и рук при наведении ружья на дичь.

ГЛАВА I

Цели, и как они выходят на выстрел. Влияние ветра на полёт заряда дроби. Почему ружьё стреляет немного выше по горизонтальным птицам, и немного ниже птиц, летящих над головой

В этом научном труде я предполагаю описать эксперименты, которые я провёл как для испытания возможностей ружья по фазанам при различных типах их перемещений, так и для общего изучения стрельбы по высоколетящим фазанам.

Я буду комментировать теоретический аспект такой темы, как  обсуждение перпендикулярного пролета целей против горизонтального. Конечно, горизонтальная стрельба по железной квадратной пластине от 6 до 7 футов размером на различных дистанциях, каждая из которых точно отмечена на поверхности, проста, но стрельба для достижения рекордов осыпи и пробиваемости по целям от 30 до 80 ярдов высоко в воздухе - отнюдь не простое дело .

Мне удалось, однако, добиться этого после большого количества неудач и долгих поломок аппаратуры, которые я сначала получил.

Мой первый аппарат должен был представлять собой мишень с поверхностью 7х7 футов на проволоке. Так что я мог бы считать осыпи от выстрелов на разных высотах. Со столь большой мишенью как эта, я мог не бояться не попадать осыпью именно в центральную зону, чтобы накрыть осыпь обычным 30-дюймовым кругом, который используется для испытаний ружей в горизонтальном направлении. Я хотел размещать мою мишень так, что при необходимости её высота над поверхностью могла бы  легко регулироваться.

Решив так, я начал делать мишень, рама которой после покрытия ее материалом для отметки пробоин была бы не слишком тяжела для возможности её полетов; и было необходимо иметь возможность опускать и поднимать мишень без влияния ветра на неё. После выстрела я должен был убедиться в наличии пробоин в материале, покрывающем корпус мишени, быстро снять и снова надеть его, пока мишень опущена на поверхность перед поднятием для следующего выстрела. Моя вторая цель была поднять мишень, которая могла  бы оценить пробивную силу ружья на различных высотах.

Мишень для проверки перпендикулярной осыпи ружья

Я был в большом затруднении. Первой серьёзной трудностью было изготовление рамы из тонких брусков, на которые должен был крепиться какой-то лёгкий материал, имеющий плоскую и ровную поверхность в качестве мишени для выстрела,  которая бы не бились в стороны или, как у меня часто получалось сначала, переворачивалась вверх ногами.

В моих ранних попытках я покрывал раму мишени листами белой бумаги, соединяемых на раме в одно целое, получая сплошную поверхность 7х7 футов.

Я сделал несколько дюжин таких листов и озаботился их сохранностью, используя один за другим, крепя к раме мишени  шпильками для рисунков. К несчастью, я не провёл испытания листов прежде чем сделать их так много, к досаде  потратив много времени. Первый раз образец полетел, мишень кружилась и носилась вокруг в сумашедшей забаве, громко гудя в воздухе, бумажная поверхность разлетелась в клочья, как стая чаек, как и предсказывал мой гениальный друг.

Получив такой опыт, я решил, что бумага на раме в этом смысле  будет бесполезна. Это был урок. Следующей моей идеей было то, что если я прикреплю бумагу спереди, прибив линь позади его через раму мишени, тогда все будет хорошо. Это не дало, однако, желаемого эффекта, поскольку бумага оторвалась прочь на крыльях ветра, как было и раньше, когда она не прижималась сзади линем.

Тогда я отбросил все идеи о бумаге и использовал  тонкие полоски ткани, сшитые в форме полотна 7х7 футов. Я прикрепил это полотно за края и поперечины рамы мишени на чертежные шпильки и поднял это на 100 ярдов в высоту в сильный ветер, тряпочная передняя поверхность держала точно и не отрывалась от рамы, как до того бумажная. Оказалось, однако, что самое трудное – контролировать  мишень и  уравновесить в воздухе с достаточной устойчивостью для уверенного выцеливания. Она кружилась и путала сама себя со шнурами в самой провокационной манере. При опускании на поверхность и раскачиваясь на конце длинного шнура, она «получила заряд» и очень неприятно дико закружилась, и мы приготовились заранее отступать от этого рискованного танца. Но если бы мы дали мишени упасть самой, она бы рассыпалась на куски.

Ветер, вообще, редко был подходящим. Если нам для разгона тяжёлой 12 фунтовой мишени нужен был хороший бриз, наступало редкое спокойствие. Если лёгкий бриз был желателен для небольшой мишени, налетал шторм, рвущий веревки и гнущий деревья. Наши окрестности так же давали поводы для беспокойства, особенно если ветер изменялся.

Длинная дорога , на которой мы пытались поднять  мишень, была окружена отдельной группой высоких деревьев. Мишень неминуемо делала повороты в их направлении и мы дважды её уронили в самые высокие их части, при этом вытаскивать их пришлось, применяя топоры, на глазах у гуляющих после обеда мужчин и женщин.

У меня было всего несколько свободных дней для проведения экспериментов, которые, как оказалось, завершились только через несколько месяцев. Однако мишень  была очень длинна и привязана шнурами за углы, грузы и веревки, так что она была способна подниматься на высоту 100 ярдов и более и удерживать марку на месте. 

Шнур от мишени наматывался на небольшую катушку и позволял по желанию быстро опускать и поднимать её и свешивающийся хвост помогал устойчиво держать её около поверхности.

Для регулировки высоты мишени шнур, который был закреплен по центру, имел небольшие пучки перьев, привязанные через 10 ярдов, начиная с 30 ярдов и заканчивая 140 ярдов. При получении осыпи  или пробоины помощник держал один из пучков перьев в руках, выдерживая заданную высоту. Он держал шнур через плечо, изредка подергивая его так, что мишень висела прямо передо мной на нужной высоте.

Я мог прицелиться точно как по птице, стрелянной перпендикулярно, и если, скажем, 40 ярдов над поверхностью – это 38 ярдов от ствола ружья, в случае невысокого человека. Когда ружьё при стрельбе располагается горизонтально, ноги стоят против отметки дистанции до мишени, за счёт длины рук ствол  располагается ближе к мишени  более чем на фут.

То есть высота тела над поверхностью должна быть учтена. Для получения одинаковой  дистанции при горизонтальной и перпендикулярной стрельбе помощник держал шнур через плечо, хотя обычно дуло ружья, в случае перпендикулярного выстрела, расположено на 5 футов ближе к цели, чем при выстреле горизонтальном.

Каждое из передних полотен поверхности размером 7х7 футов, сформированной из нескольких кусков ткани, сшитых вместе и прикрепленных к раме мишени,  снималось и  крепилось к новой раме мишени когда требовалось, при этом конечно после выстрела мишень находилась на поверхности. Для этой работы мне повезло много раз удачно использовать гильдхолловский банкетный стол.

Когда передние полотна  снимались с рамы,  их заботливо маркировали и заменяли в случае попадания в них дробин. Их сворачивали и осматривали, отмечали каждую пробоину.

Если моя зрительная труба показывала, что осыпь хороша, но смещена к одной из сторон мишени, производился второй выстрел в ту же мишень без опускания её на поверхность и таким образом получалось сразу две кучных осыпи. Так экономилось время и материал.

На каждую мишень спереди перед обстрелом  помещался кружок из тонкой чёрной марли размером c тарелочку для завтрака, используемый как яблоко мишени для прицеливания, аналогично используемого при горизонтальной стрельбе из винтовки.

- - - - - - - - - - - - - - -  - - - -

Я нахожу, что даже когда ветер не мог эффективно сносить сноп дроби больше, чем на несколько дюймов, на 40 ярдов у меня не получалось попадать  центром осыпи в яблоко мишени, если это яблоко помещалось в её центре. Хотя я целился прямо в него, осыпь всегда от него немного смещалась. Если мишень представлять как неподвижного фазана, повернувшегося головой ко мне, я в пяти случаях из шести получал осыпь смещённую к хвосту, хотя при горизонтальной стрельбе такого не наблюдалось. Я корректировал это явление, смещая яблоко мишени вперед относительно того как я стоял, примерно на фут вперёд от центра мишени, как если бы фазан летел вперёд. Это говорит о том, что несмотря на актуальность взятия стрелком обычного упреждения, необходимого для поражения высокого фазана, требуется дополнительная упреждающая поправка. С точки зрения стрелка, чтобы убить высокого фазана надо целиться со значительным упреждением.

Поскольку я всегда стрелял  стоя лицом к змею, имея мишень, расположенную прямо передо мной, по ветру, конечно, который дул от меня или близко к тому на мишень спереди, я сначала думал, что именно поэтому заряд ударяет ниже яблока мишени, ближе к хвосту.

Это, однако, не было причиной, стреляя с левого или правого плеча заряд ложился немного ниже точки прицеливания в соответствии с силой ветра. Когда я пишу, что заряд попадал позади яблока, я обнаружил позднее, как если это был фазан летящий над головой передо мной.

Я обнаружил, что на 40 ярдов высоты по сравнению с легким бризом сильный ветер значительно влиял на заряд дроби, и чтобы вывести заряд в центр мишени, я двигал центр мишени значительно вперёд, то есть против ветра.

Высокого и быстрого фазана трудно убить без учёта ветра, и стрелок не может сделать это хорошо во время прицеливания. Это показывает, что если ветер есть*, особенно боковой, то это фактор решающий для попадания или промаха по птице над головой.

* Примечание. Без сомнения причина того, что приложенная к плечу  ложа ружья при стрельбе над головой   занимает неудобную позицию заключается в том, что ее делают для стрельбы по горизонтали. В форме затыльника приклада  и выемке затыльника, расположенной против воспринимающей удар кости плеча , носок приклада находится прямо против плеча.

В результате, когда ружьё стреляет, то есть носок приклада передает удар на плечо, получается, что дуло немного опускается и заряд идет немного ниже точки прицеливания. При горизонтальной стрельбе  удар передается центром затыльника, при этом от выстрела дуло немного поднимается, в результате центр осыпи приходит немного выше.

Когда я написал первую статью о высоких фазанах, я не упомянул про это, как и про то, что  ружейная дробь ложится немного ниже яблока мишени при стрельбе по стационарно расположенной мишени прямо над головой, но как только я подумал об этих возможных причинах, я решил исследовать это обстоятельно и провёл работу по установлению истины.

Горизонтальный выстрел

Я закрепил два 10 футовых шеста на земле на расстоянии ярда друг от друга и соединил их верхушки поперечным штоком. Из центра этого штока, привязанного вниз к земле, я растянул длинные хлопковые нити. На высоте плеча концы предварительно разрезаной пополам нити закрепили на кольце из тонкой проволоки, через которое должно было выходить дуло ружья.   При горизонтальной стрельбе из ружья нити натягивались вертикально, нижняя часть их, или их половина между кольцом и землей, всегда рвалась, это показывало, что ствол ружья  слегка приподнимался вверх от отдачи.

Перпендикулярный выстрел

Крестовина теперь была удалена, и верхушки шестов соединены натянутыми хлопковыми нитями с проволочным кольцом, как ранее, разделяя их в отдельные концы. Поместив ствол в кольцо и затем, выстрелив перпендикулярно, я раз за разом находил, что половина нити, которая проходила через и позади меня, была порвана. Это показывало, что ствол ружья подпрыгивал немного вниз, или прочь от  перпендикуляра, когда отдача имеет место; и что, если в момент выстрела фазан находится точно над головой, заряд пройдет позади летящего мне навстречу фазана через его хвост. Из этого, несомненно, следует, что в случае высокой птицы, как я уже указывал, имеет место.

Я нашёл, что в 40 ярдах сильный ветер на заряд дроби  влиял значительно, и я должен был брать поправку по сравнению с легким ветром. Без учёта ветра, особенно бокового, высокого и быстрого фазана убить достаточно трудно, и стрелок не может учесть это хорошо, это является решающим фактором в промахе по птице над головой.

При стрельбе вверх, я, естественно, не мог стоять иначе, чем с ветром, дующим надо мной к мишени или от неё в линию с яблоком мишени. Ветер, следовательно, всегда был именно встречный или попутный по отношению к полету птицы, в зависимости от того, где была голова птицы - ко мне или от меня.

Заряд гораздо более вероятно мог перехватить фазана над головой, если он летит прямо по ветру или против его, чем при боковом ветре, или поперек мишени, то есть в случае мишени под прямым углом к струне воздушного змея, чего, конечно, произойти не могло.

Примечание переводчика

Что такое «выбранный 30-дюймовый круг». По сути, это ссылка на общепринятую методику оценки боя ружья.

Кучность ружья дробью, именно ружья, без учёта стрелка, проверяется стрельбой на 40 ярдов по горизонтали по большой мишени, заведомо большей, чем основная осыпь. После этого находится реальный центр осыпи, не учитывающий точку прицеливания – через него проводятся вертикальная и горизонтальная линии, делящие осыпь на две равные по количеству части. (То есть эти  линии двигаются, пока число попаданий в половинах не сравняется). Из этого центра проводится  тот самый «выбранный» (то есть подвижный, начерченный по месту или наложенный сверху реально нарисованный на стекле, кальке) 30-дюймовый круг, число попаданий в который (естественно среднее в серии выстрелов) является характеристиками ствола и патрона, никак не связанными с правильностью регулировки прицельных приспособлений и умением стрелка - кучностью, равномерностью осыпи и постоянством боя ружья.

Численно кучность выражается либо в числе попавших дробин, либо в процентах – отношении числа попавших дробин к числу в заряде.

Равномерность считается в процентах пораженных равных по площади долей, на которые делится круг (это число долей в круге в разных случаях отличается), постоянство боя – разность результата от выстрела к выстрелу. Уже потом высчитываются  отклонения центра круга (Средней Точки Попадания- СТП) от точки прицеливания (ТП) как характеристики правильности установки прицела, сведения стволов, и мастерства стрелка.

То есть наложение контура птицы на осыпь в таком круге –это возможность реального ружья и патрона поразить птицу в руках идеального, знающего бой ружья стрелка. Если же выстрел произведен в неподвижный видимый контур птицы (как и неподвижный 30 дюймовый круг), пробоины в нем есть суммарный результат и ружья, и патрона, и самого стрелка.

ГЛАВА II

Осыпи и глубина проникновения дроби из ружей на различных дистанциях при стрельбе горизонтально и перпендикулярно, с выводами

Ружьё, которое я использовал для первых трёх серий, давало очень постоянные средние осыпи, в 140 дробин №6 в выбранный 30 дюймовый  круг на 40 ярдов при заряде 1 и 1\16 унции, что, по моему мнению, наиболее подходит для хорошего выстрела по дичи.

(Примечание. Во всех случаях осыпи были полными, представляли собой средние осыпи в 30 дюймовые круги на 40 ярдов по горизонтали в мишень 6х6 футов, 1 и 1\8 унции дроби №6).  

Серия 1. Средние осыпи из ружья в 30 дюймовый круг (размещеный на мишени 7х7 футов) с разных дистанций при горизонтальной и перпендикулярной стрельбе. Для получения каждого среднего результата делалось 10 выстрелов. Ружьё: получок, дающий в среднем 140 дробин в выбраный 30 дюймовый круг на 40 ярдов при горизонтальной стрельбе. Заряд: 33 грана пороха ЕС, дроби №6  1 и 1\16 унции, в ср. 287-289 дробин в заряде.

Ярды             горизонтально               вертикально

30                          220                               207

40                          140                               132

50                          114                                103

60                            78                                 73

70                            29                                 25             

80                             11                                  9

 

Во всех осыпях и образцах на пробитие использовались именно выбранные круги. Хотя я не утверждаю, что выбранные образцы – это тесты для ружья, и они использовались в случае мишеней над головой  и не были  при этом полностью неподвижными. Для одинаковости я сделал в том же стиле отстрел в горизонтальном направлении.

Серия 2. Средние осыпи по отобранным площадям 10х10 дюймов, выбранных из мишеней 7х7 футов, теми же зарядами из того же ружья, что и в серии 1.

Ярды             горизонтально               вертикально

30                          60                                  52

40                          33                                  27

50                          20                                  16

60                          14                                  11

70                            8                                   7             

80                             5                                  4

 

Когда смотришь на осыпи серии 2 и касательно каждой из них как яблока мишени или небольшого куска осыпи, кажется, что на 40 ярдах высоты фазан не избежал смерти. Но это в центре, или в очень небольшой части заряда – выбранной из листа 7х7 футов, который мы поместили на место нашей птицы, которая часто  находится с того или иного края осыпи, сделанной ружьём, за исключением великолепных ружей или отлично прицелившегося стрелка.

Есть, конечно, и другие составляющие. Прежде всего, если 10 дюймовый участок площади считать быстролетящим над головой фазаном, его должны поразить примерно 50 дробин (причины будут описаны на стр.60).  Затем мы имеем то, что даже если дробины попадут в жизненно важные части тела фазана, на 40 ярдах они должны ещё и убить его.

Дробины, однако, летят с разной силой, как показывает значительный процент дробин, пробивших первые несколько листов (см. заметки после серии 3).   Наконец, поверхностная площадь нашего выбранного 10 дюймового участка в три раза больше той, что содержится в очертании внутренней поверхности петуха фазана. Среднее число в 27 дробин (серия 2), что подобно удару с убойной скоростью на 40 ярдов по перпендикуляру, не более чем 4-5, и из этого небольшого количества одна-две ударят так, чтобы оглушить, или попав в жизненно важные части птицы, уронят её.

Мишень для испытания вертикальной пробиваемости ружья

Для достижения рекордов по пробиваемости я закрепил отличные  альбомы Петиттса в раме из тонкого дерева, так что форма плоской поверхности была от 28 до  30 дюймов. Дюжина подобных мишеней была сделана, и части каждой, где пробоины были более многочисленными, после серии выстрелов были маркированы кругом диаметром в 1 фут. Пробиваемость дробин в эти отобранные круги показана в серии 3. Каждая мишень из альбома Петиттса использовалась дважды после её переворота.

Листы, отмеченные «пробитые насвозь», считались когда напросвет у окна или лампы было видно сквозное отверстие. Листы считались как надорванные при наличии на них вмятин от дробины. Альбомы Петиттса содержали по 44 листа толстой твердой коричневой бумаги, 10.5х 9 дюймов – стандартной плотности, скреплённые проволокой по углам.

Они очень подходили для практической проверки пробиваемости дроби, такой метод отлично подходил для стрельбы по цели в полете.

С целью размещения большого количества дробин на листах мишеней  была произведена последовательность из двенадцати выстрелов на каждой из высот 40 и 50 ярдов не опуская цели на землю; и поскольку осыпи были слишком разбросаны, 20 выстрелов на каждой из трех более высоких высот.

 

                                                              Серия III.

Пробивание ружья по горизонтальным и перпендикулярным мишеням, в том же состоянии ружья и зарядов, что и в серии 1.

            Ярды                      пробитые     доп.листы, не пробиты,        всего листов, отме-

                                              листы      но надорваны                          ченных    дробинами

40 горизонтально                   21                     3                                                     24

40 перпендикулярно             17                     3                                                     20

50 горизонтально                  15                     3                                                     18

50 перпендикулярно             10                     4                                                     14

60 горизонтально                  11                     4                                                     15

60 перпендикулярно              8                      4                                                     12

70 горизонтально                   8                      4                                                     12

70 перпендикулярно              6                      4                                                     10

80 горизонтально                   5                      4                                                       9

80 перпендикулярно              3                      2                                                       5

                                             В каждой мишени не менее 3 дробин.

 

Поскольку я сделал так много выстрелов на разных высотах, я всегда имел  так много дробин, даже более чем на 80 ярдах в небольших выбранных кругах, чтобы дать справедливую среднюю цифру пробивания. На 80 ярдов ни одна дробина не имела достаточной скорости удара, чтобы оглушить или убить перпендикулярного фазана.

На 40 ярдов перпендикулярно, четверть дробин пробила первые три или четыре листа. На 50 ярдов – одна треть их. На 60 ярдов половина, на 70 ярдов – две трети, на 80 ярдов ни одна дробина даже не прилипла к внешнему листу.

Когда листы оказываются пробиты, скажем 10ю дробинами, это не означает, что дробины на самом деле пробили 10 листов, так как обычно они не проникали более чем в половину из них, хотя они надорвали остальные так, чтобы можно было сквозь них видеть дневной свет. Если дробь №6 должна пробить толстый череп фазана-петуха, самые сильные  летящие дробины имеют силу ударов, достаточную чтобы пробить (так чтобы сквозь них  был виден свет), по крайней мере, 18 листов альбома Петиттса. Я убедился в этом, установив несколько черепов только что убитых птиц в центре нескольких альбомов Петиттса, причем последние были скреплены вместе так, чтобы образовать плоскую мишень.

Я начал стрелять с 50 ярдов горизонтально, а затем, ярд за ярдом уменьшал дистанцию, пока не обнаружил, что черепа были пробиты дробью, или хотя бы треснуты. В этот момент небольшая часть многочисленных дробин, попавших рядом с черепами, пробила от 18 до 22 листов, расстояние составило 38 ярдов. Я не приводил записей о пробитии на 30 ярдах, так как на этой высоте мишени (даже дробью №7), серия 3, показала, что дробь имеет достаточную силу, чтобы убить фазана как птицу над головой.

ВЫВОДЫ по перпендикулярной осыпи и тестам на пробиваемость (серии I, II, III).

Очевидно, что ружьё не может бить так крепко, и не дает хорошей осыпи как при стрельбе горизонтально. В качестве убедительного подтверждения этого была произведена дюжина выстрелов по одной мишени размером 7х7 футов на высоте 90 ярдов. Было отчетливо слышно, как дробинки бьются о его туго натянутый полотняный перед, но после опускания на землю были видны только небольшие вмятинки, ни одна дробинка не пробила полотно. На 90 ярдов горизонтально несколько дробинок надорвали полотно, и еще несколько доже пробили его. На 122 ярда высоты (это высота собора Святого Павла, которая не составляет 404 фута, как часто утверждается), значительная часть заряда дроби достигла цели, * которая в данном случае состояла из большого листа жести, поэтому когда в нее ударили несколько дробин, я это отчетливо услышал.

На такой высоте было любопытно услышать, как ударили длинная очередь дробин, между прибытием первой и последней прошла приметно одна пятая секунды. На 150 ярдов дробь не  достигла цели. Подумав, что на такой высоте я могу не услышать ударов по жестянке, я покрасил ее побелкой, но в результате десятка выстрелов следов дробин видно не было.

Стреляя из цилиндров, получоков и чоков различными номерами дроби под углом 45о над водой и снегом, я доказал что ружье будет бросать дробь №6 на дальность в 300 ярдов, или почти вдвое больше расстояния, которого достигнет при стрельбе вертикально вверх. На  обоих этих максимумах дробинки, конечно, совершенно не эффективны.

Как показывают осыпи и результаты на пробиваемость, фазан на 80 ярдах недосягаем. Фазан на 70 ярдах высоты так же невозможен. На 60 ярдов перпендикулярно, я не надеюсь, что фазан будет убит из обычного охотничьего ружья, независимо от заряда и сверловки.

*Было слышно, как отдельные дробинки ударяются о лист жести на расстоянии в 145ярдов.

Я изредка видел куропатку – маленькую и нежную птичку по сравнению с фазаном петухом, случайно сбитую на 60 ярдах, когда она летела низко над стернёй, и, конечно, подставляла дроби свои наиболее уязвимые части, но перпендикулярная куропатка на 60 ярдах – совсем другое дело, в силу различных причин, которые я разъясню.

На 50 ярдах вполне возможно, что фазан будет оглушен дробиной в голову, хотя это вряд ли произойдет. На 40 ярдов высоты фазан должен быть убит примерно раз на полдюжины выстрелов, или возможно просто оглушен случайной дробиной в голову. Нередко он может быть просто ранен, не останавливая своего полета. С другой стороны, низколетящий фазан, пролетающий в 40 ярдах, может быть убит  довольно часто. На 30 ярдах высокий фазан должен быть убит каждый раз, при условии правильного прицеливания, даже из ружья с цилиндром.

Во всех случаях, когда я заявляю, что дичь может быть убита, я полагаюсь на то, что птицу ударило несколькими дробинками по голове и шее, и должен подчеркнуть, что выводы взяты из осыпей и образцов на пробитие, полученных при стрельбе по перпендикулярным мишеням, а не по соответственно летящим птицам. Во всяком случае, очевидно, что как бы не был верен прицел, в действительности летящего высоко над головой фазана убить значительно труднее, чем аналогичную птицу на том же расстоянии от стрелка, но летящую существенно ниже.

------------

Следует иметь в виду, что при всех перпендикулярных выстрелах цель была стационарной, а не быстролетящей. По этой причине в мишени на высоте 40 ярдов было отмечено больше дробин, чем попало бы в быстролетящую птицу на той же высоте. (см.стр.60).

В последнем случае даже при правильных прицеливании и упреждении можно предположить, что от одной пятой до одной четверти заряда пройдет за хвостом птицы. Заряд дроби, к тому времени, когда он достигнет 40 ярдов высоты, летит снопом в несколько ярдов длиной, и если первые дробины попадают в фазана, то большая часть их, более медленных и более расходящихся, попадают в хвост, или туда, где птица была.

Например, в серии 1 перпендикулярная осыпь на 40 ярдах –это 132 дробины, и после вычета одной пятой в 30 дюймовом круге остается 106. Из которых не более 3-х или самое большее 4-х, вероятно, поразят тело фазана на высоте от 38 до 40 ярдов.

Если стрелок  взял прицел так далеко перед птицей, что первая половина дробин снопа прошла перед ней, то дробины второй половины, попавшей в птицу могут ее убить, если число и сила ударивших дробин будут достаточными, но это будет не  то же самое, что при попадании передней части снопа. Из этого видно, что в случае высоко летящей птицы или даже дальней боковой  невозможно использовать для добычи птицы весь заряд дроби. (см. нанизывание дроби, стр.59).

В случае бегущей птицы на твёрдой земле, птицы на льду или на воде, или птицы, летящей к стрелку или от него, основная часть заряда будет эффективной. Если птица улетает прямо от вас, любые из большинства центральных дробин заряда имеют шанс на такой эффект, так как даже наиболее медленные дробины снопа догонят цель. Точно так же, как если бы они попали в горизонтальную мишень.

Однако это не относится к бегущей птице или птице на воде, так как в этом случае прицел должен быть взят в землю или воде примерно в ярде от цели. Верхняя половина осыпи ударит в птицу, а нижняя половина срикошетит к ней. Если в бегущую птицу или птицу на воде, о которых я говорю, стреляют как из винтовки, она часто убегает, так как верхняя часть осыпи пройдет выше и только нижняя половина будет использована с пользой.

Во всех своих экспериментах я исключал любую дикую или не полную осыпь и делал еще один выстрел, чтобы её заменить. С такой большой мишенью как 7х7 футов, я не получил нормальных осыпей выше 50 ярдов, поскольку центр 30 дюймового круга  было трудно расположить. На 70-80 ярдах эта трудность была значительно усилена.

С получоком у меня было очень мало плохих осыпей до 50 ярдов высоты. Хотя после 40 ярдов они были очень широки. Со стволами с чоками, которых я использовал три, происходили странности и получались очень плохие осыпи, даже на 40 ярдах. На 50 ярдах высоты  из полного чока я не мог получить более четверти заряда в мишень, какой бы большой она не была.

ГЛАВА III

Эксперименты с крупной дробью. Сравнительные скорости мелкой и крупной дроби в отношении действия по дичи. Сверловки ружей в отношении убойности высоких фазанов. О звуках дроби, поражающей дичь. Рассеивание дробин

Серия IV.

Эксперименты с крупной дробью, желательной  для стрельбы по высоким фазанам

Размер дроби	Заряд дроби	горизонтально	перпендикулярно	разница
№3	1 и 1\8oz	117	102	15
№3	1 и 1\16oz	110	96	14
№4	1 и 1\8oz	138	120	18
№4	1 и 1\16oz	133	118	14

 

1.Средняя осыпь в выбранный 30 дюймовый круг на 40 ярдов в мишень 7х7 футов. Отстреляно по 10 выстрелов каждым зарядом. Ружье: полный чок, сверловка для дроби  № 4.

 

Размер дроби	Заряд дроби	горизонтально	перпендикулярно	разница
№3	1 и 1\8oz	76	68	8
№3	1 и 1\16oz	72	65	7
№4	1 и 1\8oz	91	82	9
№4	1 и 1\16oz	87	80	7

                                                               

2. средняя осыпь в выбранный 30 дюймовый круг на 40 ярдов в мишень 7х7 футов. Отстреляно только по 6 выстрелов каждым зарядом, в стандарте для охоты на дичь. Очевидно, это была пустая трата времени и снаряжения подобно использованным в серии 4.

Ружье: получок, сверловка для дроби  № 4.

                                            ----------------

Заметки по серии IV.

В этой серии есть только одна осыпь, которая с целевой точки может убить перпендикулярного фазана на 40 ярдах. Эта осыпь из ружья с полным чоком содержит в среднем из 120 дробин в 30-дюймовом круге на 40 ярдах. перпендикулярно, с тяжелым зарядом 1 и 1/8 унцией дроби  № 4.

Контур с масштабным обозначением внутреннего устройства петуха фазана, каким он мог бы казаться стрелку, находясь над ним, был нарисован в центре каждого из десяти отдельных рисунков, что дало в среднем 120 дробин. Таким образом, было легко увидеть, сколько дробин поразило каждую птицу, если предположить, что птица находится в центре каждой выбранного 30-дюймового круга. Двадцать одна дробина попала бы в десять птиц. Три птицы были бы поражены тремя дробинами каждая, пять - двумя, и две одной дробиной каждая. Ни одна птица не была поражена в жизненно важную часть.

Если подумать, средняя осыпь в 120 дробин –это только пятая часть их числа  в заряде, которая  может попасть в быстролетящего фазана на 40 ярдах, однако за счет ошибок в прицеливании осыпь уменьшается до 96 дробин. В этом случае можно предполагать, что в каждую птицу в среднем может попасть не более чем одна дробина , а часто вообще ни одной.

На высоте 50 ярдов дробь №3 и №4   из полного чока дает осыпи, еще более бесполезные для стрельбы по дичи, если это еще возможно.  Я испытывал №3 и 4, потому, что встречал стрелков, которые держали про запас несколько патронов с такой дробью, для использования по фазанам, которые казались очень высокими. Результаты, которые я получил с №№ 3 и 4 , как показала серия 4,  действительно показывают преимущество для охотников, стреляющих этими номерами по очень высоко летящим птицам.

-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-   

Осыпи, полученные с дробью № 4 (№ 3 не обязательно рассматривать), из ружья с полным чоком по перпендикулярным целям на расстоянии 40 ярдов, часто были настолько редкими или неоднородными, что фазан мог пролететь через них в двух или трех местах, не будучи пораженным, даже если допустить, чтобы весь заряд достиг высоты птицы в один и тот же момент, чего, как я уже отмечал ранее, не происходит.

Заряд дроби № 4 имеет более высокую скорость в момент поражения, чем заряд № 6, но это бесполезно для того, чтобы помочь нам убить нашу дичь на большом расстоянии, если у нас также нет хорошей осыпи. Скорость удара - это очень хорошо, если дробина случайно попадает в какую-то жизненно важную часть птицы, но с очень рассеянной осыпью, дробь  № 4, даже из полного чока, не даст такого попадания ни разу.

Если мы хотим получить достаточное количество дробин в фазана на высоте от 38 до 40 ярдов, то чтобы убить его дробью № 4,  нам потребуется осыпь в 30-дюймовом круге не менее 165 дробин на 40 ярдов по горизонтали. Эти 165 соответствуют перпендикулярной осыпи на 40 ярдах в выбранный 30-дюймовый круг примерно 150 дробин; и, после вычета процента более медленных дробин заряда, быстрая птица, находящаяся над головой на этой высоте, должна быть поражена в среднем пятью-шестью дробинами.

В заряде дроби №4 в 1 и 1/16 унции содержится 183 дробины, в заряде 1 и 1/8 унции - 194 дробины. В первом случае, если предположить, что на горизонтальной мишени на расстоянии 40 ярдов будет осыпь из 165 дробин (это 90%), то за пределами 30-дюймового круга будет только восемнадцать дробинок, а из заряда 1 и 1/8 унции  там их будет двадцать девять. Ни одно из когда-либо изготовленных ружей с полным дульным сужением - и никакая другая сверловка не может такого,  если используется дробь № 4 –  не может, однако, пустить каждую дробину из 1 и 1/8 унции  № 4, (точнее всего на 29 дробин меньше), в круг 30 дюймов на 40 ярдах горизонтально, и эта неспособность будет более выраженным при той же цели и расстоянии при выстреле перпендикулярно.

Поскольку ружьё, даже с полным дульным сужением, почти не может сделать то, что я описал как необходимость, если используется дробь №4, её осыпь слишком разбросана, чтобы убить фазана на 40 ярдах, кроме как по чистой случайности. К такому выводу я прихожу, когда слышу о фазанах, которых убивают на высоте 40 ярдов  выстрелами с дробью №3 или №4 – значит эти птицы скорее на 35, чем 40 ярдах.

При правильном прицеливании, нам нужна осыпь, которая поразит нашу высокую птицу большим количеством дробин, так что некоторые из них могут иметь шанс попасть в ее жизненно важные части, причем эти части, взятые вместе, представляют собой поверхность по площади не больше чем небольшая игральная карта.

Унция дроби №7 обладает достаточной проникающей способностью и осыпью, способными убить на высоте 30 ярдов и выше, но иногда может испортить фазана на обычном расстоянии, которое составляет от 25 до 30 ярдов*. Если патрон снаряжен правильно, № 7 лежит очень компактно, что немаловажно для силы, с которой производится выстрел из ружья. Я считаю, что это самый эффективный заряд для обычных высоких фазанов, и которые по моему летят в 30 ярдах над землей, что намного выше, чем большинство деревьев, которые вы, вероятно, увидите за день.

Даже для птиц на исключительной высоте, от 38 до 40 ярдов, я склонен полагаться на 1 унцию дроби № 7 и 34 грана пороха E.C., или его эквивалент в любом другом хорошем нитропорохе.

Скорость удара дроби №7 на 40 ярдах составляет  629 футов в секунду, а у № 6 - 649 (примерно 192 и 198 м\с) - с точки зрения поражения разницы нет. Количество дробин в унции № 7 составляет 340, и 270 шт в унции № 6. Это дополнительные семьдесят дробин  № 7 по сравнению с № 6, могут оказаться наиболее полезными при ударе по голове или шее высокой птицы.

* Однако в унции № 7 всего на 36 дробин больше, чем в 1 и 1\ 8 унции  дроби № 6. Последний заряд обычно использовался несколько лет назад, хотя тогда не говорили, что он поражает птицу на довольно близком расстоянии слишком большим числом дробин!

Один из лучших зарядов на наших островах использует I унцию дроби № 8 только для особо высоких птиц, и убивает их так чисто и постоянно, как только можно пожелать. Разве не приходилось многим из нас удивляться, используя №№ 8 или 9 для стрельбы  бекасов, тому, на каком большом расстоянии дикая утка может быть сбита мёртвой такой мелкой дробью?

Сравнительные скорости мелкой и крупной дроби в отношении поражения дичи

Распространенная ошибка - предполагать, что такая мелкая дробь, как №7, достигает птицы значительно медленнее, чем крупная, такая как №3 или №4. На расстоянии 35 ярдов №7 потребуется всего около 3 дюймов упреждения больше по летящей поперек птице, чем для №3: пустяк, когда, возможно, упреждение составляет несколько футов, а диаметр убойной осыпи составляет около 3 футов.

Поскольку разница во времени достижения объекта на 35 ярдов дальности у дроби №3 и №7, практически такая же, как разница у дроби №3 и №6 на дальность 40 ярдов, прочь, я возьму два последних номера для сравнения, поскольку 40 ярдов - это обычная дальность стрельбы.

 

         Время достижения дробью № 6   40 ярдов  - 0.1378 сек.

              -“-                № 3  -“-        - 0.1329 сек.

                                         Разница   0.0049 сек.

 

Птица, пролетающая 40 миль за час, имеет скорость около 60 футов в секунду. Следовательно, за время, выигранное дробью №3 по сравнению с дробью №6, путь составит (60 x 12  = 720 дюймов) x 0.0049 сек, или -

720

.0049

6480

2880

3 5280 дюйма, что составляет всего 3,5 дюйма.

Чтобы дать №6 эти 3,5 дюйма дополнительного упреждения дуло ружья потребует лишь доли дюйма дополнительного бокового смещения - величина слишком незначительная, чтобы ее учитывать, и не поддающуюся расчету со стороны стрелка.

Поскольку отставание передовых дробин № 6 относительно дробин №3, составляет всего 3,5 дюйма, эта разница практически не может повлиять на поражение или промах по поперечно летящему фазану.

Разница во времени, например, между попаданием дроби № 4 и № 7 по птице, на 40 ярдов дальности настолько мала, что ее не нужно учитывать, и на обычных дальностях около 25 ярдов время полета двух размеров практически одинаково.

 То, что такая крупная дробь, как №4, летит намного быстрее, чем меньшая по размеру №6 или №7, но по этой причине нет необходимости делать упреждение так далеко от летящей поперечно птицы, является заблуждением, которое стрелки часто принимают за факт.

Ружья с полным чоком, получоком и с цилиндром в отношении к стрельбе по высоким фазанам

Я не обнаружил большой разницы между ружьем с полным чоком, дающим осыпь горизонтально на 40 ярдах около 200 дробин в круг 30 дюймов, и ружьём, дающим осыпь в 150 дробин, когда оба были испытаны на высотах 40 и 50 ярдов. Дробь  разлеталась из одного ружья почти так же, как и из другого; хотя стволы с полными чоками, в основном из-за плотных пятен осыпи здесь и там, вместе с их обычным недостатком, состоящим в том, что 2-3 дробины соприкасаются друг с другом, определенно имели преимущество по количеству попаданий в выбранный 30-дюймовый круг.

 Сомнительно, что ружьё с полным чоком будет брать очень высоких фазанов лучше, чем то, которое дает осыпи от 140 до 150 дробин, и все мы знаем, что первое - гораздо менее эффективное оружие для использования на обычных дистанциях из-за его кучного и обычно непостоянного боя. На высоте 40 ярдов ружья с полным дульным сужением иногда давали очень неоднородную картину и стреляли в целом с меньшей регулярностью, чем стволы с получоками.

 Несомненным фактом и большим недостатком для стрелка, который его использует, является то, что из-за перестроений дроби в стволе полный чок редко стреляет прямо в цель, как бы правильно он ни был построен. Это происходит, как я обнаружил, даже когда ружье зафиксировано в неподвижном состоянии абсолютно верно и устойчиво.

Например, при тестировании осыпи полного чока наиболее сложно разместить основную часть заряда в пределах ранее нарисованного 30 дюймового круга. В результате для получения заявленной осыпи ружья необходимо определять 30 дюймовый круг после каждого выстрела, здесь или там, где бы ни находился центр осыпи (выбранного 30-ти дюймового круга) в квадратной 6-футовой мишени, который возможно, находится на существенном расстоянии от точки прицеливания, на которую было направлено ружьё.

Для ружья с цилиндром и более или менее с улучшенным цилиндром, осыпь можно раз за разом брать с 30-дюймового круга, начерченного вокруг точки прицеливания.

 Определение центра осыпи тогда не нужно - и это всегда является неправильным тестом в отношении точности стрельбы из оружия в заданную точку. Как я уже сказал, пробивание бесполезно без хорошей осыпи, равно как и хорошая осыпь, если пробивная способность ружья действительно слабая. Однако хорошая осыпь - это первая необходимость, так как у хорошо сделанного оружия и патронов пробивная способность обычно удовлетворительна.

Я также сделал много выстрелов из ружья с настоящим цилиндром на 40 ярдов перпендикулярно, ружье со средней осыпью от 105 до 107 дробин; и по результатам с зарядом в 1 и 1\16 унции дроби №6, на такой высоте его можно считать бесполезным. На 30 ярдах высоты, обычной для высокого фазана, ружье с цилиндром, позволяющее прицеливаться правильно, могло, однако, легко убить свою птицу; а также, судя по их осыпям, разница на этой высоте между ружьем с получоком, которое дает 140 дробин по горизонтальной цели на 40 ярдах, и ружьем с цилиндром, которое в среднем дает всего около 107, на удивление мало с точки зрения получаемой полезной осыпи.

Хотя одно ружьё, конечно, дает больше дробин в птицу, другое дает достаточно, чтобы убить на высоте 30 ярдов. Например, по горизонтальной мишени на 30 ярдах, было произведено десять выстрелов, из цилиндра попало в среднем 186 дробин в выбранные 30-дюймовые круги с зарядом в 1 и 1\16 унции дроби №6, а из получока в тех же условиях в среднем 220; на перпендикулярной мишени на 30 ярдах цилиндр дает 174 дробины, получок -207.

Цилиндр имел значительное преимущество с одной стороны, так как его осыпь была больше и более равномерно распределена, особенно снаружи 30-дюймового круга. Это было бы лучшее ружье из двух по довольно высоким фазанам средней дробью, так как его широкая и равномерная осыпь позволяла большую ошибку в прицеливании.

Из вышесказанного будет понятно, что на расстоянии 30 ярдов перпендикулярно, если стрелок целится правильно, он вряд ли сможет не убить свою птицу, потому что даже из ружья с цилиндром осыпь не намного хуже, чем у ружья с полным чоком на 40 ярдах горизонтально.

О слышимости звуков ударов дроби по птице

Любопытный вопрос, связанный с расстоянием между птицей и ружьём, это как  высоко или далеко находится фазан, когда кто-то слышит или воображает, что слышит, как в него попадает дробь.

Если этот звук действительно слышен, а не является какой-то формой эха, как я полагаю, он может быть вызван дробинами, попадающими не в мягкое тело птицы, а во что-то твердое, например стебли маховых перьев крыла. Я, однако, не раз подбирал птицу, и мой друг утверждал, что слышал звук удара дроби, и все же ни одно из крыльевых перьев не было повреждено. Дробины, проходящие через тонкие перышки, не будут издавать шума, который может быть слышен стрелком.

Стрельба по большому листу жести  - очень звучащему материалу - и с помощью специального секундомера я измерил промежуток между выстрелом из ружья, произведенным ближайшим ко мне помощником, и возвращающимся звуком ударов дробин по жести как три десятых секунды на 70 ярдах и немного меньше на 60 ярдах; на 50 ярдах интервал слишком короткий для записи. На 40 ярдах интервал еще есть, но такой небольшой, что его очень трудно обнаружить.

Я считаю, что на обычных дистанциях стрельбы от 25 до 28 ярдов самый быстрый слух не может уловить короткий звук ударов нескольких дробин по птице, прежде чем грохочущая реверберация, вызванная выстрелом ружья, не исчезнет в ухе. Любой, кто потрудится вычислить скорость выстрела и звука на расстоянии от 25 до 28 ярдов, легко поймет, что для этого нет времени. Любопытно, что если птицу намеренно упустили, или в патроне нет дроби, тот же шум, эхо или что-то еще производит впечатление нанесенного дичи удара дроби! Вот история, за правдивость которой я могу поручиться, которая является хорошим примером того, что может сделать воображение в отношении предполагаемой слышимости выстрела.

Необычное обсуждение этой темы возникло однажды вечером после обеда в курительной комнате загородного дома среди группы стрелков, и было решено проверить вопрос на следующий день, с использованием оружия и патронов хозяина так, чтобы все было одинаковым для всех.

На следующее утро к лапкам петуха фазана, взятого из кладовой, прикрепили леску для лосося, и птицу перебросили во дворе через флагшток площадки для игры в крикет, где он болтался в воздухе. Было измерено расстояние в двадцать восемь ярдов. Хозяин выстрелил первым. Гости ничего не слышали, и обвинили своего друга в том, что он совершил чистый промах, это вызвало много веселья. Потом по очереди стреляли гости A, R, C и D.

Никто ничего не слышал. B что-то слышал, но не мог сказать, был ли звук вызван выстрелом в птицу или нет.

Стрелки С и D сказали, что отчетливо слышали удары дробин, и намекнули, что любой, кто этого не сделал, должен быть более или менее глухим, но были осторожны, чтобы заявить, что их слух был исключительно острым. Итак, вопрос был решен: двое «за», двое «против» и один «сомневаюсь».

В тот же вечер последовал переполох, потому что старший смотритель, который утром принес патроны из оружейной комнаты, пришел к хозяину с вытянутым лицом, чтобы объяснить, что патроны были взяты из маленькой картонной коробки, на крышке которой, как он только что заметил, было написано «заряжено мелким песком».

Случилось так, что сын-школьник был страстным коллекционером предметов естественной истории и специально приказал зарядить несколько патронов мелким песком вместо дроби, чтобы в течении прошлого лета отстреливать, не портя в качестве образца, некоторых прекрасных стрекоз, которые заселяли пруд неподалеку!

- - - - - - - - - -

На расстоянии до 30 ярдов сомнительно, чтобы когда-либо был слышан удар дроби, так как он достиг бы птицы, и звук его вернулся к стрелку в то же время, когда звук выстрела еще не стих. Поскольку птица не похожа на лист жести, чем дальше первая от стрелка в момент поражения, тем меньше вероятность того, что он услышит небольшое количество попавших в птицу дробинок, особенно с учетом того, что ударная сила их уменьшается с расстоянием.

В любом случае, если стрелок настаивает в том, что он слышал, как его заряд попал в птицу, обычно он может быть уверен, что это было за пределами убойной дальности.

Нарушение формы дробинок при выстреле

Жалко смотреть на форму дробинок, вылетевших после выстрела из ружья. Если бы они после выстрела сохраняли сферическую форму, осыпи и поражающее действие наших ружей бы сильно улучшились.  Как бы то ни было, если посмотреть через увеличительное стекло, они больше похожи по форме на кирпичные блоки и округлые куски железного шлака, чем на что-то другое. Их очень неправильные формы, независимо от того, используется дробь твердая или мягкая, должны в значительной степени ограничивать их скорость, а так же отклонять их линию полета от правильной траектории. Но я не могу сказать, приводит ли это искажение к тому, что они расходятся больше при перпендикулярной стрельбе, чем при горизонтальной. Возможно, так оно и есть.

Хорошим примером искажения дроби является выстрел в куски мыла, или в снежную насыпь. После извлечения дробин приклейте их к поверхности куска стекла и затем спроецируйте на экран с помощью волшебного фонаря.

ГЛАВА IV

Высота, на которой фазан может быть убит. Лучший угол для стрельбы по высоким фазанам. Общие замечания по высоким фазанам. Влияние гравитации на заряд дроби. Вертикальная и горизонтальная стрельба

Я изложил теоретический аспект поражения больших фазанов на различных высотах, о чем можно судить по результатам, полученным из осыпей и образцов на пробивание, тщательно записанных на перпендикулярных мишенях. Теперь я рассмотрю стрельбу высоких фазанов с более практической точки зрения, которая, должен сказать, не полностью подтверждает мои теоретические выводы.

В поместье, о котором я знаю, есть небольшая заброшенная фабрика с дымоходом, высота которого составляет ровно 40 ярдов. Это было точно измерено, поскольку вызывало постоянный  интерес, потому что ни один известный стрелок никогда не убивал  фазана на ее высоте, и никто никогда не видел, чтобы был убит хоть один фазан, летевший вровень  с верхушкой этой трубы! Тем не менее, во время дневной стрельбы многие десятки птиц прошли мимо него. Дымоход стоит в долине, между невысокими лесистыми холмами, со склонов которых взлетают птицы.

Хотя хорошие охотники часто пытались это сделать, никто не может сказать, что когда-либо был убит фазан, который  летел над головой на уровне  верхней части этой трубы.

Поскольку справедливо будет дать оба взгляда на фазана, летящего на высоте 40 ярдов, вот взгляд, противоположный вышесказанному. В парке в Кобхэме в Кенте есть несколько замечательных ясеней, вероятно, самых высоких деревьев на наших островах, хотя к ним почти приближаются буки в Эшридж-парке в Хартфордшире. Мистер Элвес в своих  прекрасных книгах по лесному хозяйству дает высоту некоторых ясеней в Кобхэме от 138 до 144 футов. Недавно в Кобхэме я тщательно проверил высоту некоторых из них, и мои измерения совпали с данными мистера Элвеса. Над этими деревьями фазанов не стреляли, но над другими такими же в Кобхэме, размером 128 футов, фазанов убивали много раз.

Владелец Кобхэма, имеющий большой опыт стрельбы, уверяет меня, что это именно тот случай, который ставит вопрос вне всяких сомнений.

Можно сказать, что высота фазана над землей неизменно завышена, хотя высоту дерева, трубы или церковного шпиля можно с таким же успехом недооценить. Когда в «Лорде» скучно играть в крикет, а это бывает часто, и разговоры о стрельбе несколько развлекают, спортсмены склонны замечать массивную трубу, так хорошо видимую напротив входных ворот, и я часто слышал вопрос: «могли бы вы убить фазана на вершине этой трубы?»

Меньшинство стрелков скажет: «нет, я не думаю, что смогу, так как это должно быть выше 40 ярдов высоты». Но более обычный ответ, который я слышал, звучит так: «Ну, птица на вершине этой трубы была бы очень трудной, но я думаю, что иногда я мог бы её убить.»

Управляющий электрозаводом, которому принадлежит дымоход, дал мне точные сведения о нем. Он поднят на 244 фута и 9 дюймов над землей, или 81 ярд, так что очевидно, что фазан, летящий на одном уровне со своей вершиной, был бы далеко за пределами досягаемости охотничьего ружья – можно сказать, почти в два раза дальше. В то же время нижний край орнамента дымохода, начиная с верхней части последнего, составляет 20 ярдов, хотя из-за своей высоты над землей он выглядит намного меньше, и фазана над головой на этой высоте  никто не  назовет очень низкой птицей!

Солидность дымохода, о котором идет речь, уводит его от реальной высоты и обманывает глаз, что, несомненно, является причиной, по которой часто говорят, что он не выше высоты, на которой можно было убить фазана. Дымоход возле  «Лорда» на  14 ярдов выше, чем Памятник Лондонскому Пожару, общая высота которого составляет 67 ярдов, и если вы стоите у основания последнего, вы ни на мгновение не подумаете, что на его вершине может быть убит фазан; колонна Нельсона, включая статую, составляет 54 ярда, а колонна герцога Йоркского - 46 ярдов вместе с фигурой. Обе эти колонны являются хорошими примерами высоты по отношению к высоким фазанам.

Опять же, если вы войдете в ограду вокруг северной стороны собора Святого Павла и посмотрите на голубей, порхающих вокруг карниза главного здания, вам покажется, что их нельзя убить из охотничьего ружья; и все же этот карниз находится всего в 100 футах над землей. Это дает хорошее представление о расстоянии,  когда птица пролетает в 33 ярдах над головой,  по сравнению с тем, как он выглядит, если смотреть горизонтально.  Фазана было бы легко убить на карнизе собора Святого Павла и, возможно, по редкой случайности, на вершине колонны Нельсона, но, конечно же, не на вершине Памятника Пожару.

Можно отметить, что основание колонны герцога Йоркского (на которой закреплены перила) составляет всего 36 ярдов над землей, хотя, на взгляд, фазан, пролетающий мимо этой части здания, будет вне досягаемости.

(Примечание. Все справочники дают различную высоту этих памятников, но данные, приведенные выше, могут быть приняты за правильные.)

- - - - - - - - - -

Среди некоторых стрелков стало модным стрелять по высокому фазану прямо над головой, или даже несколько сзади, насколько человек может  изогнуться назад.  При этом они теряют шанс на второй выстрел по реально высокой птице, если был промах, когда она прямо над головой, поскольку указанная позиция это  подразумевает.

Часто утверждают, что если стрелок наклоняется назад и стреляет в фазана над головой после того,  как  он немного прошел мимо него, он с большой вероятностью убьет его по причине того, что дробина войдет в тело птицы под концами ее перьев на груди и шее.

Как забавное предположение, как и в случае с птицей, летящей над головой, стрелок  (если позвоночник не сломается) попробует изогнуться назад, пока его ружье  не достигнет  угла позади него в 45 градусов, то дробины вошли бы под перья, которые покрывают тело птицы, как шифер на крыше дома. Чем дальше прилетающему над головой фазану позволяется пройти позади стрелка, тем менее уязвимым он становится, и тем больше защищены его жизненно важные части, включая голову, шею и сердце, в то время как дробинам в основном открываются органы, в которые он может быть ранен.

Лучший угол, и в любом случае это теоретически правильный угол, под которым можно послать заряд дроби, чтобы убить приближающуюся высокую птицу, - это встречный, который в некотором  смысле перехватывает ее дробью, и, следовательно, надо выстрелить в неё на несколько ярдов раньше, чем обычно предпочитают. (1)

 Вы имеете при этом возможность использовать второй ствол, если промажете первым,  до того как птица пролетит.

Мы все знаем, что высокий фазан может лететь легко и медленно, как будто плывет, давая время на выстрел по нему, и мы все знаем, что фазан, когда он проходит над головой,  кажется (хотя на самом деле это не так), что он удваивает темп и проходит как вспышка,  дав на прицеливание очень скудное время, что, кстати часто сознательно неверно.

Фазан не летает как дикая утка, с вытянутой шеей, прямой и жесткой, как горлышко бутылки:  он в полете слегка поджимает шею к туловищу. Вы можете проверить это, положив фазана боком на стол и поместив его голову и шею на линии  его горизонтального полета, если бы он был жив, и как он, естественно нес бы их.

 Если вы отойдете на несколько ярдов и встанете на колени, то увидите тело фазана в том положении, в котором оно выглядело бы при прямом выстреле верх над головой. Вы заметите, что шея птицы хорошо защищена ее грудью и укорочена. Вы также поймете, что в этом положении его грудная кость и толстые грудные мышцы по обе стороны от нее являются щитами, которые защищают его жизненно важные органы, такие как сердце и легкие. Эти органы, а так же голова и шея, наиболее подвержены повреждениям дробью, если в птицу стреляют, находясь в нескольких ярдах впереди, чем если в нее стреляют прямо над головой.

Если фазан в 28 ярдах над землей и летит навстречу стрелку, и он стреляет в него на расстоянии в 10 ярдов спереди, это только 4.5 футов до того, как стрелять прямо над головой, и ему приходится проходить через более длинный сноп дроби. В первом положении птица выглядит более легкой целью, независимо от того, так это или нет, и это впечатление само по себе может дать уверенность, которая гарантирует попадание.

(прим 1. см. замечания стр.74 о гораздо более сильном ударе, который дробь наносит налетающей птице по сравнению с угонной.)

Я упомянул об упреждении, как его обычно называют, о котором повсеместно говорят, что оно всегда требуется в большей или меньшей степени, если стрелок должен убить высокого и быстрого фазана, независимо от того, находится ли птица над головой или летит поперек. Вопрос об упреждении я рассмотрю позже (см.стр.72).

Некоторые стрелки заявляют, что они целятся на определенное в уме фиксированное расстояние перед птицей, а затем нажимают на спусковой крючок. Другие утверждают, что они ведут стволами вместе с птицей, и как только они нажимают на спусковой крючок, рывком направляют дуло вперед и стреляют, не проверяя движение ружья вместе с целью. Я очень сомневаюсь, что стрелок действует и обращается со своим ружьем так, как он себе представляет, когда стреляет в быстро летящих птиц. Он может убить свою птицу, но убьёт ли он её так как думает, -  это другой вопрос.

Мой старый друг, лучший стрелок высоких фазанов, из всех кого я когда-либо видел, а я видел 40 битых фазанов подряд из 41 выстрела, много раз уверял меня, что он направляет  ружье на голову птицы, и, сопровождая быстрый полет, спускает курок, по-прежнему накрывая дулом ружья голову. Этот друг всегда стрелял по высоким птицам больше перед собой, чем кто-либо другой. Я заметил, что это был его постоянный обычай; и успех, с которым он убивал свою дичь в этих случаях, подтверждает мои слова о том, что лучше стрелять налетающую высокую птицу, но не прямо над головой.

Можно с уверенностью сказать, что когда стрелок стреляет по своей птице, то результат в пяти случаях из шести, вызван его сосредоточенностью на спусковом крючке.

- - - - - - - - - - - - -

Есть две причины, более или менее независимые от стрелка, по которым очень высоких фазанов трудно убить. Одна из причин заключается в том, что  обычно фазаны имеют только небо в качестве фона и не летят рядом с верхушками деревьев, что могло бы помочь указать их положение, высоту и темп.

Другая причина заключается в том, что когда несколько птиц собираются вместе, их темп часто меняется, самые сильные птицы летят быстрее всех. Поэтому, если стрелок убивал более медленных птиц с хорошо рассчитанным упреждением, а более быстрые – хотя может показаться, что они  летят не быстрее других, - могут быть легко пропущены из-за малого упреждения.

При  стрельбе из укрытия очень высокий фазан почти всегда является результатом того, что стрелок стоит намного ниже птицы, как например, в долине между холмами. При переходе с гребня или со стороны одного холма к стороне другого, фазан редко взлетает выше, хотя часто кажется, что он сделал это. Он просто продолжает горизонтальный полёт, выставив крылья неподвижно, хотя иногда немного снижается к месту, где он намерен выйти, – это один из самых сложных выстрелов, и сложность зависит от глубины долины, в которой стрелок стоит.

Прим. 1. Среди многих других мест, где я видел, как фазаны летают очень  высоко над лесистыми склонами холмов, я могу упомянуть в качестве примеров Бишопсвуд, Бенакр, Беркли, Гвернифед, Хендр, Харптон, Лондонсборо, Маргам, Малгрейв, Пенрис, Пенрин, Поуис, Ролевая, Раундуэй, Сток-Эдит, Уолкот и Уоллол, я считаю, что птицы, которые летают по глубоким долинам в Бишопсвуде, Малгрейве и Уолкоте, неизменно являются самыми высокими фазанами за день охоты, в которых я никогда не стрелял. Самые высокие фазаны, как я знаю, были в Харптоне, на возвышенности, называемой  Харлеевским дроком, были птицы,  которые поднимались выше холмов и затем снижались над стоящими ниже в долине стрелками.

Если фазан с жесткими и неподвижными крыльями планирует вниз на большой высоте над наклонной землей, обычно невозможно сделать какой-либо точный выстрел; и я почти благодарен, когда птица такого рода предпочитает кого-то другого, а не меня!

Если птица, которую я описываю, пролетит над головой, ее будет не так трудно сбить, как это обычно бывает. Если, однако, она представляет собой боковую снижающуюся цель, и ее  полет можно наблюдать, легко понять, насколько трудно затем его убить, поскольку о боковая поводка ружья под большим вопросом, как и прямое прицеливание.  

Как я уже говорил, птицы, летящие высоко по горизонтали, всегда кажутся медленно летящими к вам, хотя это не так, если смотреть сбоку,  при прохождении над ружьями в линии стрелков. Этот обманчивый, относительно скорости, полет, является наиболее частой причиной промаха из-за того, что берется недостаточное упреждение.

Даже в равнинной местности, фазан, поднимающийся далеко позади на большом поле  стерни, как на охоте на куропаток, часто поднимается высоко, чтобы избежать стрелков, которых он может ясно видеть между собой и точкой, к которой он хочет направиться. Затем он дает хороший пример своей скорости полета, какой бы медленной она часто ни казалась; так как, если она вспархивает одновременно с куропатками, она всегда оставляет их далеко позади, даже если скорость ее подъема  не равна скорости ее горизонтального полета над  землей. (1)

Прим. 1. Большие  поместья вокруг – вероятно, лучшие угодья диких птиц на наших островах, я видел, как фазаны взлетали выше с больших полей и пустошей во время походов на куропаток, чем,  возможно, в любой другой части Англии. В качестве примеров можно привести Элведон, Юстон, Бакенхэм, Линдфорд, Дидлингтон и Мертон; и, хотя они находятся на некотором расстоянии от Тетфорда, следует включить Гантона, так как птицы в этом месте действительно хорошие.

Я могу упомянуть, что рябчик так же легко опережает куропатку, как и фазан. Любопытно отметить, что среди пятидесяти или шестидесяти исключительно высоких фазанов, застреленных мной и моими друзьями, которых я держал в руках для изучения в течение последних нескольких  лет, по крайней мере, двадцать из них были фактически убиты ударом о землю при падении с большой высоты.

Все они были рассмотрены и доложены различными знающими таксидермистами, и было доказано, что значительная часть птиц, которые были замечены в  кувыркании в    воздухе, как если бы  были оглушены дробью, которая только ударила в голову, но не пробила череп, реальной причиной смерти является  удар птицы о землю.

Фазан, пораженный дробью так же, как многие из этих очень высоких птиц, вскоре бы пришел в себя и либо улетел, либо убежал, как заяц, если бы его можно было осторожно положить на землю, а не удариться об не, да еще и отскочить как тяжелый камень (1).

Влияние гравитации по отношению к охотничьему ружью

Теоретически гравитация не должна влиять на заряд дроби при перпендикулярном выстреле больше, чем при выстреле горизонтальном, поскольку притяжение  земли в обоих случаях будет одинаково. Но если выстрел производится, скажем, с воздушного шара и прямо вниз, к земле, гравитация  заметно способствует скорости полета, так как дробь  в основном набирает скорость от энергии пороха, и значительно меньше от гравитации. Когда дробь теряет эту энергию пороха, она просто падает под действием силы тяжести.

Прим 1). Место попадания и эффект дробин, которые поразили некоторых из этих высоких птиц будут описаны в следующей главе.

Подтверждением этого является то,  как я описал в перпендикулярной целевой практике, что от 145 до 150 ярдов –это предел, будь то прямо вверх или прямо вниз, который дробь №6 может  достичь.

На некоторых крутых скалах на побережье Йоркшира, которые, как известно, достигают 450 футов высоты, я сам, и другие, будучи гостями ныне покойного лорда  Лондсборо на охоте за куропатками, обычно проводили день за стрельбой по скальным голубям, когда они прилетали на клиф из окрестностей.  Наши стрелковые места состояли из небольшого огороженного участка скал на самом краю утесов; стаи голубей, часто сотнями, летели в пещерки и на уступы, как правило, под нами, и поэтому мы часто стреляли прямо вниз, в их спины, в сторону моря. На полоске берега рядом с основанием скал, тут же под нами, дюжина или даже более людей собирали убитых нами птиц.

В первый раз, когда я посетил скалы для этой очень сложной стрельбы, я пропустил множество голубей, не стреляя в них, так как боялся, что могу ранить людей внизу на берегу, которые часто находились на одной линии с птицами. Однако, как мне сказали позднее, мне не надо было проявлять такую осторожность, так как в течении многих лет никто из этих людей не пострадал ни в малейшей степени. По их словам «дробь сыпалась мягко, как дождь».

Объясняется это тем, что заряд дроби из ружья, вылетевший прямо вниз, пройдя расстояние с40   в150 ярдов постепенно теряет весь свой импульс от сопротивления воздуха и затем мягко падает на землю под действием гравитации.

- - - - - - - - - - -

(Естественно было бы подумать, что при стрельбе вниз скорость от гравитации должна быть прибавлена к скорости от пороха. В качестве аналогии, если человек стоял на корме парохода, медленно плывущего по воде со скоростью 3 мили в час, и побежал вперед к носу со скоростью десять миль в час, то он движется со скоростью 13 миль в час. Если он перестанет бежать вперед, его скорость снова составит 3 мили в час. Для иллюстрации, скорость корабля здесь представляет скорость от гравитации, а скорость человека – скорость дроби.

С этой точки зрения,  если заряд выстрелен прямо вниз, гравитация должна увеличить его скорость, дробины должны двигаться со скоростью, суммирующей скорости от выстрела и от гравитации. Соответсвенно, при выстреле вверх скорость от гравитации должна уменьшать скорость от выстрела. По факту сначала сопротивление воздуха замедляет дробь, которая затем уже падает под действием силы тяжести, на протяжении всего полета и по этой причине должны терять скорость на значительно меньшем расстоянии чем при стрельбе прямо вниз.) (1)

Перпендикулярная стрельба против горизонтальной

Хорошо известно, что заряд дроби не проходит так далеко перпендикулярно, как при выстреле под углом 45о. Атмосфера задерживает дробь практически одинаково в обоих случаях, и постоянная сила притяжения Земли так же должна быть одинакова в обоих случаях,  независимо от того, двигаются ли дробины вертикально вверх или горизонтально.

Причина, по которой заряд дроби, выпущенный горизонтально, перемещается намного дальше, чем заряд, выпущенный вертикально, заключается в том, что при выстреле по довольно высокой траектории его полет представляет собой параболу. Если дробины достигают высоты скажем 150 ярдов вертикально, они конечно падают прямо вниз.

Когда дробинки пролетают дистанцию в 150 ярдов под углом в 45о, они не могут упасть прямо вниз с точки наивысшего подъема, но продолжают свой полет по длинной кривой, пока не упадут на поверхность. (2)

Если ружье стреляет вертикально вверх, т.е. под углом 90о, и если оно направлено точно вниз, наклонно к перпендикуляру, и стреляет с интервалами  до угла 45о, каждая дробина её с верха траектории намного более крут, чем угол восходящей ветви. В случае с круглым пушечным ядром или снарядом мортиры, вместо которого можно представить дробинку, угол подъёма к высокой точке и угол спуска с неё значительно отличаются от углов винтовочной пули.

Прим 1. Эти три параграфа дают теоретический взгляд на вопрос влияния гравитации на на снаряд дроби, выстреленный вертикально вниз.

Прим.2. Если современная винтовка будет направлена, скажем, под углом 45о, из-за вращения пуля полетит не так, как круглый снаряд. У винтовочной пули угол спуска будет иметь уменьшенную дальность, наибольшая будет при 45о, примерно вдвое чем при угле 90о. Ниже 45о, дальность будет уменьшаться в соответствии с углом подъема ствола при выстреле и будет практически нулевой, когда ружье лежит на земле и направлено параллельно ей.

ГЛАВА V

Двадцать исключительно высоких фазанов и как они были биты. Выводы из этого. Шок дичи при ударе дроби

Теперь я подробно расскажу об эффектах и местах попадания дробинок, которые привели к гибели некоторых исключительно высоких фазанов.  У меня есть точные записи по более, чем пятидесяти птицам,  собранным в течение нескольких лет,  их, я думаю,  будет достаточно, чтобы показать, что убийство очень высокой птицы сильно зависит от случая даже при точном прицеливании. Птицы были необычайно высокими, и про тех немногих из них, которых я застрелил сам, я могу сказать, что они, по всей видимости, совершенно похожи на обычных, даже очень высоких. Их я убивал в местах, где фазанам часто позволялось пролетать мимо без выстрела, так как они были вне досягаемости ружья.

Фазанов, присланных мне, я получил от друзей, опытных стрелков, которые хорошо знают разницу между высокой и очень высокой птицами.  Многие из их писем начинались подобным образом:  «я посылаю Вам самую высокую птицу, из всех, когда-либо взятых мной в жизни», или «птица, отправленная Вам сегодня вечером, я действительно думаю,  что это самая высокая из тех, добычу которых я когда-либо видел», или «я убил сегодня фазана, которого, как я думаю,  могло достать далеко не всякое ружье, и я посылаю его Вам».

Когда я писал ответ со своей благодарностью, я всегда спрашивал, была ли полученная птица застрелена в воздухе, или упала со сломанным крылом. Если последний вариант был признан, я отправлял птицу на кухню, не отдав ее одному из специально нанятых таксидермистов. Я сохранил только тех птиц, которые, как я был уверен, были застрелены в воздухе и  которые обычно описывались как «падающие как камень» или «закувыркавшиеся в воздухе».

Однако я не могу точно сказать, что ни одна из исключительно высоких птиц, которых я застрелил сам, или которых мои друзья застрелили и послали мне, была выше 40 ярдов, поэтому я возьму среднюю высоту в 40 ярдов. Мы видим, что охотничье ружье может сделать с перпендикулярным фазаном на высоте 40 ярдов или 120  футов.

Я ничего не могу сказать о сверловках ружей моих друзей, но поскольку за это время я не встречал никого, кто бы использовал полный чок, я могу предположить, что это были обычные образцы с осыпями около 140 дробин.

Большая часть присланных мне птиц прибыла с запада Англии и из Уэльса, потому что в тех краях местность холмистая и стрелковые места часто находятся в долинах между холмами.

Я не получил ни одной птицы из Норфолка, а в Норфолке я лично знаю только два места, где фазаны летают высоко.(1)

Как я уже говорил, фазаны часто летают высоко в равнинных районах на больших полях стерни или вересковых пустошах, когда их гонят вперед с куропатками, но эти высокие птицы обычно летают на почти такой же высоте, и, хотя они позволяют сделать самые спортивные (1) и высокие выстрелы, я не могу сказать, что когда-либо видел такой, который я должен был бы считать вне досягаемости ружья или на высоте даже 40 ярдов.

(1) Тэверхем, недалеко от Норвича, где есть холмы или то, что считается холмами в Норфолке, и в Кен-Хилле на севере графства.

Серия V

Двадцать исключительно высоких фазанов и как их убили

1 Фазан- петух, поражен двумя дробинами. Одна попала в голову возле левого уха, но не сломала кость. Другая попала в правую сторону груди, и, пройдя через грудную мышцу на 1.5 дюймов и на глубину в 1\4 дюйма,  вышла наружу. Птица была оглушена дробиной в голову и погибла от сильного удара о землю.  

2 Петух, поражен пятью дробинками. Одна застряла между шкурой и внутренней поверхностью правого бедра, причинив  лишь поверхностную травму. Три дробинки попали в правую сторону грудины, ближе к средней линии, одна попала бы в сердце, если бы расстояние до ружья было ближе, но, как бы то ни было, она лишь частично  проникла в грудную мышцу. Оставшаяся дробина пробила основание черепа, и вызвав кровоизлияние в мозг, убила птицу. В этом образце был обнаружена дробь №7.

3 Курица, убита одной дробиной, которая ударила прямо под левый глаз и вышла над правым глазом. Мозг не задела, но череп был проломлен.

4 Курица, поражена пятью дробинами – тремя с правой стороны  нижней поверхности тела и одной в его центре.

(1) Я использую здесь слово «спорт» только в отношении «спортивного шанса» на добычу птицы, ибо при любом добывании дичи это вопрос больше мастерства обращения с ружьем, чем реального спорта.

Эти четыре дробины №7 нанесли лишь поверхностные раны, но пятая пробила мягкий край грудной кости, и, достигнув сердца, убила птицу.

5 Петух, поражен и убит одной дробинкой. Эта птица летела, казалось, втянув голову и шею в плечи. Дробина задела левое плечо, а затем слегка поцарапала левую сторону шеи. Затем она вошла под подбородок птицы, и, пройдя через мозг,  пробила верхнюю часть черепа, где и осталась под кожей.

6 Курица, поражена четырьмя дробинками; две нанесли поверхностные телесные раны на левой стороне грудины, одна попала в шею, но нанесла ей очень легкое повреждение, еще одна прошла через тонкий край грудной кости и убила птицу, проникнув в сердце.

7 Петух, поражен тремя дробинами; одна нанесла поверхностную рану в центре груди; одна сломала большую кость крыла. Третья, убившая птицу, пронзила грудную мышцу сбоку грудной кости и достигла сердца.

8 Курица, поражена двумя дробинками; одна дробинка прошла через кожу шеи, чуть задев дыхательное горло. Другая дробина попала в основание черепа, но не сломала его и была обнаружена частично расплющенной под кожей. Птица была оглушена этой дробинкой и убита сильным ударом о землю.

9 Курица, поражена тремя дробинками; одна проникла в тонкий конец  грудной кости и вошла в брюшную полость; одна дробина нанесла поверхностную рану на правой стороне груди. Третья дробинка была найдена частично сплющенной под кожей ниже левого глаза. Эта дробинка не сломала кость черепа, но оглушила птицу, которая погибла от удара о землю.

10 Петух, получивший две дробинки; одна пробила в дыхательное горло, а другая достигла сердца, пройдя через грудную кость немного левее ее центра, и, можно сказать, убила птицу.  

11 Петух, поражен шестью дробинами; четыре нанесли только поверхностные травмы на груди, одна сломала берцовую кость правой ноги, одна попала в голову у основания нижней челюсти, и, попав в мозг, убила птицу. Дробь была №4.  

12 Курица, поражена двумя дробинами; одна сломала одну из меньших костей крыла, другая повредила, но не сломала, кость черепа ниже левого глаза. Эта дробина оглушила птицу, которая погибла от сильного удара о землю.

13 Петух, поражен пятью дробинками. Две нанесли поверхностные раны на левой стороне грудины, одна пробила грудные мышцы и грудную кость и достигла сердца. Другая раздробила нижнюю челюсть, а пятая попала в левую сторону головы рядом с глазом, и, пройдя через кость, застряла в мозгу. Это единственная птица из серии, которая получила два смертельных ранения, и найдена была дробь №7.

14 Петух, поражен двумя дробинками; одна сломала кость кисти левого крыла, другая пронзила грудную мышцу с правой стороны грудной кости, и, попав в сердце, убила птицу.  

15 Курица, поражена тремя дробинами; одна вошла в брюшную полость с одной стороны от конца грудной кости; другая слегка раздробила маленький конец грудной кости.

Третья дробина попала в кость черепа под правым глазом, где частично  расплющилась и осталась под кожей. Она не сломала кость, но оглушила птицу,  которая погибла от сильного удара о землю, или, возможно, о ветку дерева, так как  была сильно помята.

16 Курица, поражена двумя дробинами; обе вонзились в позвонки шеи с правой стороны. Хотя птица была сильно разбита изнутри от сильного удара о землю, она, возможно, была убита в воздухе, но, более вероятно, была оглушена ударом дроби и убита падением.  

17 Петух, поражен пятью дробинами. Три дробинки нанесли поверхностные телесные раны на грудине, не проникая более чем на четверть дюйма внутрь через грудные мышцы; одна вошла в брюшную полость около меньшего конца грудной кости. Другая пронзила грудную мышцу сбоку в четверти дюйма от грудной кости, и, проникнув в сердце, убила птицу. Найденные дробины были №7.

18 В эту курицу попало две дробины; одна расколола берцовую кость левой ноги, а другая, скользнув почти на дюйм вдоль кожи шеи, вошла в голову под подбородком, и, пройдя через мозг, проломила верхнюю часть черепа и убила птицу.

19 Петух, поражен четырьмя дробинами; одна слегка прорезала кожу левой стороны шеи, не причинив серьезной травмы. Остальные три проникли внутрь на дюйм каждая,  снаружи с левой стороны грудной кости.  Они все прошли к сердцу через грудную мышцу и были найдены около него. Шок от этих трех дробин свалил птицу вниз, но вопрос по причине смерти остался открытым. Птица была сильно разбита ударом о землю.

20  Курица, поражена тремя дробинами; одна прошла на дюйм в длину и до четверти дюйма в глубину через левую сторону груди; одна дробинка застряла в мякоти правого бедра. Другая дробина попала в голову рядом с правым глазом, но не сломала череп и не осталась под кожей. Это оглушило птицу, которая была убита сильным ударом о землю, или возможно о ветку дерева или о камень, так как была сильно разбита внутри.

                                      Выводы по серии  V.

1. Следует иметь в виду, что птицы со сломанными крыльями, которые могли бы упасть с большой высоты без каких-либо других повреждений, не были включены в те, которые я отправил на экспертизу. Фазаны, о которых сообщалось, были, что называется, застрелены в воздухе, хотя некоторые из них, по всей видимости, были просто оглушены дробинами, которые не проникли в жизненно важные части тел и реально были убиты ударами о землю.
2. Хотя четыре или пять дробин могут попасть в очень высокого фазана, есть всего лишь шанс, что одна из них войдет в жизненно важную часть с достаточной силой, чтобы убить.
3. Чтобы иметь хорошие шансы убить очень высокого фазана, по крайней мере, семь или восемь дробин должны попасть в него, так как в среднем не более двух из этого числа, вероятно, попадут в жизненно важные места.

 

(1) Если мы хотим убить нашу дичь, мы должны убить ее лучшим для нас способом, и мелкая дробь, такая как №7 (как я убедился), дает нам больший шанс добиться этого, так, как она с большей вероятностью попадет  в жизненно важные места, чем более крупная. №3 или 4 – это слишком неопределенно, чтобы использовать как средство добычи высокого фазана –  то есть реально очень высокого. Теоретически дробь №7 проникнет в тушку как только ударит в нее. Но это скорее достижимо с дробью №4, чем с дробью №7 (см. стр.52).

    4.Очень высокий фазан может быть поражен четырьмя или пятью дробинками, это не заставит его упасть или даже просто легко ранит его. В приведённых примерах случилось так, что, за двумя исключениями (одно сомнительное, №16), птицу убила только одна дробинка. Однако у меня нет никакой оценки количества очень высоких птиц, которых дробь попала, но не убила, потому что «счастливая» дробинка не угодила в жизненно важный орган.   

5. Замечено, что только небольшая часть птиц была поражена в крылья, ноги или около хвоста. Причина заключается в том, что если бы они были поражены в эти места, они бы пролетели  дальше, или, возможно, упали, и тогда не могли бы считаться застреленными в воздухе, и, следовательно, я не получил бы их и не отправил бы для осмотра.
6. Очень немногие птицы были ранены в шею, и только одна погибла (сомнительно, №16) таким образом. Шея фазана очень прочна, примерно как большой палец человека. Если вы стреляете в кусок дерева такой толщины и длиной 3 или 4 дюйма на расстоянии 40 ярдов над вами, вы могли бы попасть только раз на множество выстрелов, и даже в этом случае дробина не обязательно пробьет шею и поразит птицу.
7. Очень высокий фазан имеет много шансов в свою пользу, и я рад что это так. В случае 20 птиц, о которых сообщалось, (это небольшая доля из тех очень высоких птиц, в которых стреляли), 21 дробина стали фатальными из 22 попавших.
8. Возьмем обычного высокого фазана, летящего в 28-30 ярдах над стрелком, даже если его ударят только 5-6 дробин (желательно бы  удвоить это количество  правильным прицеливанием),  то эти пять или шесть дробин с хорошей скоростью, достаточны, чтобы вызвать смертельное ранение, без попаданий в голову  и шею; хотя в случае с очень высокой птицей, как видим,  только одна или две «счастливых» дробинки могут передать силу, достаточную чтобы убить, и только тогда, когда они случайно проникают в жизненно важные части.

Об ударе, наносимом птице при попадании заряда

В связи с серией V может быть рассмотрен вопрос о ударе, наносимом птице, когда число дробин, попавших в тело может быть существенным. Если бы простой шок от удара мог убить действительно высокого фазана, то мне бы прислали несколько образцов, которые были бы убиты только ударом в тело, без каких-либо дробин в жизненно важных местах. Но, как бы то ни было, у каждой птицы, которую я получил, была одна или две дробинки в какой-либо жизненно важной части, и эти дробинки были причиной ее смерти. В случае обычных фазанов, летевших на 25-28 ярдах, максимум, что попадает в тушку, это вероятно 6-7 дробинок, крупных или мелких, даже не в голову, шею или сердце, на таком расстоянии они проникают глубоко,  причем птицы, как правило, сразу погибают  от шока, и птица, хотя  бы дробинки не достигли жизненно важных органов, падает замертво как если бы погибла от удара палкой.

Однако, я рассматривал фазанов-подранков, пойманных ретривером через два-три дня после охоты, на которой они летели не выше обыкновенного. И находил в их тушках  четыре или пять дробинок, иногда даже №4, и эти птицы еще кормились в лесу во время поимки!

Идея о том, что если несколько дробин №7 попало высокому фазану в тело, не задев жизненно важные части, то птица сильно страдает и в конечном итоге должна от этого погибнуть - ошибочная и довольно  забавная. В результате тщательного изучения убитых и раненых птиц я обнаружил, что это не так, и что ущерб, причиненный высокой птице  такими слабыми выстрелами, не попавшими в жизненно важные части, намного меньше, чем обычно предполагается.

Мы не можем быть уверенны в попадании дробинок в жизненно важные места высоких птиц, каким бы верным не было прицеливание, и какой бы номер дроби не использовался, но мы должны подобрать такой заряд наших патронов, который даст нам осыпь, которая позволит нам делать это насколько возможно далеко.

По этой причине мы неизбежно поражаем нашего высокого фазана несколькими дробинками, которые не могут его убить. Многие авторы выступают за использование дроби №3 или 4 для очень высоких птиц и описывают удивительно высокие выстрелы, которые они иногда делали этими номерами.

Я уже объяснял (стр.19), что использование дроби №№ 3 и 4 дает большую фору стрелку.

На 40 ярдах осыпь очень редка, даже с полным чоком; и на практике по дичи дробь №4 имеет небольшое преимущество в пробивании над №6 или 7, что бы ни случилось с тетрадями из бумаги.

У некоторых высоких фазанов. которых я получил для обследования, было 2 или 3 дробинки №4 в грудине или в боках, но было заметно, что они проникли не глубже, чем меньшие номера дроби в случаях других присланных мне высоких птиц.

Утверждение, что дробь №4 высокого фазана пробьет насквозь, и, следовательно, уронит его чисто битым, когда попадет в любое место тушки, и что по этой причине №4 имеет большое преимущество перед №6 или 7, является старым  заблуждением.

Эффект появляется не когда дробинки попадают в тело птицы, но только когда они приникают в жизненно важное место.

Если высокий фазан поражен в голову, шею или сердце одной дробинкой №4 и упал, то так было бы и с дробинкой №7. Однако, судя по множеству обследованных птиц, которые были поражены в корпус несколькими дробинами №4, не надо волшебства, чтобы понять, что таким же образом и этим размером пораженная птица будет убита ударом или пробитием, но это далеко от того, чтобы быть причиной.

Мой опыт, особенно с дикими утками, таков, что две или три дробинки №4, неважно попали ли они в жизненно важные органы, редко проникают в плоть или мускулы так глубоко, что вызывают немедленный коллапс. Я находил вполне живых уток, которые были ранены несколько дней назад несколькими дробинками №4. Плавая с пантганом,  я часто подранивал, но не мог сразу догнать, гусей дробью ВВ, которую я позже  находил в их грудинах и боках, и иногда добирал таких птиц днем или двумя позже, причем их приходилось достреливать несколькими выстрелами из обычного ружья, прежде чем можно было подобрать. Дробь меньшего размера, возможно, убила бы этих птиц сразу, если бы некоторые из большего числа дробинок ударили в головы и шеи. Как я уже указывал, скорости мелкой и крупной дроби, используемой по дичи, отличаются мало. Большая поверхность дробины №4 встречает большее сопротивление от оперения птицы, и, как я часто мог видеть, только проникает на небольшую глубину, хотя пробивает перья спереди, еще и забивает эти  перья перед собой в рану, которую он наносит. Поэтому дробины меньшего диаметра могут проходить через перья в тело, и возможно проникнуть в жизненно важное место. Как аналогия: если мы возьмем пару гвоздей разной толщины одного веса и бросим их на деревяшку с одной высоты, имеющий меньший диаметр проникнет глубже.

Я могу добавить, что изредка я видел очень высоких фазанов, убитых зарядом в одну унцию дроби №4 и повышенным количеством пороха, но совсем без уверенности и регулярности. Эти птицы, без сомнения, были поражены исключительно в жизненно важные части, и их можно было добыть также, и даже более успешно, дробью №6 или 7.

ГЛАВА VI

Цели-фазаны и как они могли бы быть биты, если бы они пролетали живыми над головой. Вытягивание снаряда дроби при выстреле из ружья

Фазан (рис.1) имеет только три доступные ружью небольшие жизненно важные места (достаточно небольшие, чтобы быть пораженными на реально высокой птице). Это голова, шея и  сердце. Во всех трех случаях, взяв фазана на 40 ярдах над головой, дробь должна ударить с большой силой, чтобы пробить жизненные части (особенно сердце), если только она не попадет  под подбородок птицы, или не пройдет через глаз, или не перережет дыхательное горло в шее. Однако он может оглушить птицу, ударив по черепу без перелома кости, как показано в серии V.

Если оленю выстрелить в сердце, он всегда прыгнет вперед примерно на 20 ярдов, прежде чем упадет, хотя летящая птица, пораженная таким же образом, падает мгновенно. В первом случае мышцы конечностей действуют после того, как животное убито. В последнем случае, поскольку птица не может использовать свои ноги и не имеет контакта с землей, она сразу же падает.

Рис.1 представляет собой схематичную «подповерхностную» и частичную анатомию большого фазана-петуха. Птица лишена своих перьев и показывает цель, которую она на самом деле представляет стрелку, когда она приближается к нему, как раз перед тем, как пройти по прямой линии над его головой. Я предпочел петуха, чтобы дать ружью как можно больше шансов, так как курица с ее меньшими очертаниями будет поражена меньшим количеством дробин. С этим эскизом можно ознакомиться в связи с записями, учитывая «исключительно высоких птиц» и то, как они были убиты, серия V. Это также может быть упомянуто в связи с экспериментами, описанными в следующей серии.            

                               

1-клюв, 2- голова, 3- шея, 4-зоб, 5-5-6- грудная кость, 7-7- берцовые кости, 8- большая кость крыла, 9- предплечье, 10- кость крыла. Пунктирный овал под грудиной –это грудная кость, а грудные мышцы наиболее толстые вокруг сердца и ниже и защищают его, а так же другие жизненно важные органы, включая легкие и более крупные сосуды, от внешних повреждений.

                                               Серии VI, VII, VIII.

Ниже дано расположение дробин, которые попали в контур парящего неподвижно над головой фазана, на различных высотах,  полученные из выбранных ружейных осыпей, сделанных по поднятой мишени 7х7 футов.

В этих сериях не учтены дробинки, которые попали бы в крылья птиц, так как в таком случае они не убили бы реальной летящей птицы, хотя  такие часто подбираются собакой даже на расстоянии четверти мили.

Также ещё не отмечены  1-2 дробинки, попавшие в ноги, поскольку, к сожалению, сломанная нога не останавливает полета птицы.

Ружьё:  средняя осыпь  в 150 дробин в выбранный 30 дюймовый круг на 40 ярдах по горизонтали, зарядом в 35гран пороха Е.С., и 1 унцией дроби №6, в среднем от 287 до 289 дробинок в заряде.

То, что можно назвать осыпями дроби, было видно на фазанах в сериях VI, VII, VIII,  полученных на нарисованном алмазом на стекле трафарете, представляющем собой контур и частичную анатомию крупного фазана, воспроизведенных в книге в размере одной седьмой от фактического. 

Этот стеклянный контур помещался на 30 дюймовый круг осыпи, полученный на мишени 7х7 футов, места попаданий отмечались на стекле чернилами. Чернильные пятна копировались на уменьшенных набросках, затем  стирались со стекла и другие рисунки получались со следующих осыпей таким же образом, пока все полученные осыпи не были скопированы на уменьшенных набросках птиц, как показано в сериях V, VI, и VII. Следы от дробин на набросках показаны большего размера, чтобы их можно было ясно видеть.

Стоит отметить, что среднее количество дробин, поразивших живых птиц в серии V на 40 ярдах (по оценкам), и число дробин, попавших в мишени в серии VI на 40 ярдах неплохо совпадали. В серии V птицы были поражены в жизненно важные места или оглушены; иначе они не были бы добыты и я не мог бы их осматривать. В серии VI птицы редко поражались в жизненно важные места, и их не прислали бы мне, так как, скорее всего, ни одна из них не была бы убита. Это показывает, какое число выстрелов иногда может быть произведено по летящему на 40 ярдах фазану без его добычи.

           

                                             Высота 40 ярдов.

№1. Поверхностное ранение.

№2. Одна дробина в голову, которая могла бы убить или оглушить птицу, если бы имела достаточно силы. Другие ранения поверхностны.

№3. Одна дробина сбоку в шею, которая могла быть серьезной травмой, но не привести к немедленному падению. Другие раны поверхностны.

№4. Жизненно важные части не поражены.

№5.  Жизненно важные части не поражены.

№6. Жизненно важные части не поражены, только одна дробина попала сбоку в грудную кость и могла бы проникнуть в сердце, если бы имела достаточно силы пробить защищающую его грудную мышцу.

Итог. Одна жизненно опасная рана (№2), одна сомнительно опасная рана (№3). Остальные 30 дробин не остановили бы полет птиц.

                                                  Высота 50 ярдов.

№1. Поверхностная рана.

№2. Поверхностная рана.

№3. Одна дробинка ударила в голову, но на 50 ярдах высоты нельзя было ожидать, что она сломает кость или оглушит птицу, хотя это вполне возможно.

№4. Поверхностная рана.

№5. Поверхностная рана.

№6. Поверхностная рана.

Итог. Двадцать дробин попали  в птиц, но только одна из них (№3), хоть и весьма сомнительно, могла причинить достаточный для поражения птицы вред.

Высота 60 ярдов. Мишени №№1-6, только поверхностные травмы.

Итог. В шесть птиц попало 8 дробинок, ни одна из которых не могла бы убить птицу.

В связи с сериями VI, VII, VIII, я могу повторить, что если 30 дюймовый круг, выбранный на мишени 7х7 футов, в которой были получены эти осыпи, протащить над головой со скоростью 50-60 миль в час, они бы показали еще меньше попаданий (см. ниже «Нанизывание дроби»).

По той же причине, у птиц на диаграммах  будет меньше попаданий, и из каждой еще следует вычесть минимум по одному попаданию. Тогда серия VI предполагает, что на высоте 40 ярдов еще есть неплохой шанс убить фазана. На высоте 50 ярдов, серия VII,  шансов на это практически  нет, так как на этой высоте фазан редко будет поражен даже двумя дробинками, и у них не будет достаточно силы, даже если  они попадут (один раз из всех выстрелов).

На 60 ярдах, серия VIII, ни одна птица из шести не могла быть поражена, даже  если бы дробинка попала, она бы не имела достаточной для нанесения травмы силы.

«Нанизывание» дроби

Хотя я уже упоминал об этом в связи со стрельбой быстролетящих поперечных птиц, я напишу еще раз более подробно. Причина «нанизывания»  снаряда дроби при стрельбе из ружья, или то, почему он  летит вперед подобно струе воды из садового шланга, никогда не была объяснена.

Длина снопа или колонны дробин из ствола с цилиндром больше, чем из ствола с чоком, хотя до 30 ярдов осыпь из цилиндра обычно имеет большую скорость,  чем чок, поскольку не деформирует дробины в той же мере, что и чок.

(Прим. переводчика. Более поздние опыты показали, что в действительности все точно наоборот, чок растягивает сноп, передние дробинки из чока летят быстрее, чем из цилиндра. Но моя цель перевести автора, а не спорить с ним.)

Теоретически более медленные дробинки колонны, те, которые находятся ближе к ружью, в 40 ярдах имеют скорость, достаточную для попадания в быстролетящую над головой или поперек птицу, прежде чем она сможет избежать их. Принципиально то, что даже самые медленные дробинки пролетают эту дистанцию быстрее, чем птица пролетит собственную длину.

Эта теория, общая для книг по стрельбе, не подтверждается, однако, на практике.

Судя по наблюдениям и экспериментам, я не надеюсь, что более трех четвертей длины колонны (скорее существенно меньше) дробин может принести какую-либо пользу  стрелку по высокому или дальнему поперечному фазану.

Медленные  дробины хвоста осыпи  попадают в стационарную мишень, но значительная часть их не достигает быстрой поперечной птицы до того, как она была убита или сместилась настолько, что они пролетели мимо к тому моменту как они достигли этого места. 

При стрельбе тетеревов я часто убивал переднюю птицу из нескольких летящих поперек вдалеке на ветру, а затем, мгновение спустя, видел как падала замертво другая, которая была в нескольких ярдах позади первой в момент падения первой.

Примерно на 40 ярдах некоторые из наиболее разлетевшихся дробинок   заряда дроби могут отклониться до 20 ярдов в сторону и можно предположить, что одна из них может удачно попасть следующей птице в голову и убить её.

(прим. переводчика. 20 ярдов - явная ошибка, даже 20 футов много, как показано ниже. Тем более не в длину, а в ширину, где вся осыпь укладывается в метр. Вероятно, имелась в виду птица, летевшая дальше и чуть сзади первой.) 

Это невозможно объяснить, так как я много раз видел птицу в 6 ярдах позади застреленной ведущей, которая закувыркалась, пораженная по видимому таким же количеством дроби, судя по количеству полетевших от его перьев, как и та, которая упала почти перед ней, хотя и не совсем  одновременно.

В таких случаях почти нет сомнений в том, что ведущая птица сбивается передней, более сильной  частью колонны дроби, а следующая птица убивается, влетая в более медленную часть колонны, которая позже приходит в то же место, где была убита первая.

Вы поймете, что обе птицы действительно убиты, когда находились в одном месте, хотя и одна за другой  с небольшим интервалом времени. Поскольку передняя птица, естественно, падает вперед при выстреле, если летит поперек при свежем ветре, пространство в воздухе между ней, когда она падает, и второй птицей, по всей видимости, такое же, как одна птица следовала за другой до выстрела из ружья.

Опять же, многие стрелки могут вспомнить, что после промаха по первой птице из нескольких поперечных, летящих на большом расстоянии, они видели еще одно падение, которое произошло в нескольких ярдах позади нее. Из этого не следует, что стрелок целился так сильно позади  первой птицы, чтобы убить вторую передними дробинками своего дробового снаряда, поскольку он, скорее всего, поразил ее последними самыми медленными дробинками.

Я просто описываю здесь то, чему я часто был свидетелем, хотя теоретики могут утверждать, что после того, как ведущая птица была убита, вся колонна дробинок пройдет линию полета птицы, следующей за первой на расстоянии нескольких ярдов, прежде, чем вторая сможет попасть в какую-либо часть колонны. В этом случае, как и в других, где приходится иметь дело с оружием и стрельбой, теория и практика не сходятся.

Несколько лет назад я проверил простым способом  вопрос о том, могут ли быстрые и медленные дробины снопа поразить летящего поперек фазана практически в один и тот же момент;  или же часть из них достигает первоначального положения птицы только после того, как она  упала и полетела вперед.  На самом деле, действительно ли самые медленные дробины из снопа проходят, образно говоря, так, что они могут убить вторую птицу, которая влетит в позицию, ранее занятую одной из них в нескольких ярдах перед ней.

Я воткнул в землю 5-тифутовый столб и закрепил на его вершине тонкий металлический диск диаметром 8 дюймов, обращенный конечно, плоскостью к стрелку. Спереди от него, и близко к нему, я поставил второй точно такого же размера, удерживающийся в нужном положении маленьким зубчатым стальным стержнем,  устроенным так, что от наименьшего  давления на передний диск, такого  как удар  нескольких дробин, выпущенных из ружья,  позволяли ей упасть вниз. Скорость его падения  увеличивалась  длинным резиновым шнуром, натянутым из-под ее нижнего края к колышку в земле. Оба диска покрывались побелкой по мере необходимости.

При стрельбе на 40 ярдов, на заднем неподвижном диске отметилось почти столько же дробинок, как на переднем!

Этот результат ясно показал, что после того, как передний диск был поражен и упал, открывая неподвижный задний, более  медленные дробинки подошли и ударили в последний.

Эти более медленные дробинки могли бы убить следующую птицу, но они не успели бы  помочь в убийстве передней птицы, как показано на переднем диске.

Поскольку передний диск не мог освободиться от своей защелки совершенно мгновенно после попадания в него первых дробинок, он получил больше дробинок пропорционально его размеру, чем если бы это был фазан, быстро летящий через точку прицеливания.

- - - - - - - - - -

Чем больше расстояние до пересекающей или пролетающей над головой птицы, тем длиннее колонна дроби, посылаемая ружьем, и тем меньше количество убивающих дробин, доступных для перехвата ее полета, и тем большее число, которое появляется после того, как птица убита или улетела дальше. (1)

(1)Если заряд дроби выстреливается по альбомам Петиттса на расстоянии 40 ярдов, большая часть дробин проникает или надрывает только от четверти до половины листов, от наибольшего числа листов,  пробитых или надорванных наиболее сильными дробинами.

Это является убедительным доказательством того, что скорость удара значительной части  заряда намного меньше, чем у самой быстролетящей, то есть наиболее сильно поражающей его части.

Дробины с более низкой скоростью, которые приникают или надрывают четверть или половину листов от дробин с наивысшей скоростью, ударяют со значительно меньшей силой, и это становится причиной их медленного перемещения и нахождения позади остальных. Быстрые дробинки спереди и медленные сзади, следуют по  дистанции в длинной колонне от ружья к птице.

Покойный г-н Р.В.С. Гриффит, очень способный ружейный экспериментатор, проверил нанизывание дроби с помощью тонкого круглого диска. Мистер Гриффит выстрелил в верхнюю часть этого диска с 40 ярдов, когда он вращался механизмом со скоростью  200 футов в секунду, и обнаружил, что заряд дроби оставил на нем осыпь  длиной от 10 до 12 футов.

Эта расширенная осыпь, несомненно, доказывала, что снаряд дроби прилетает не одновременно, ударяя  горстью, а  цепочкой, более медленные ударяли по вращающемуся дистку после более быстрых.

Средняя скорость дроби №6 может быть принята как 600 ф\сек для самых быстрых первых достигших 40 ярдов.

Скорость вращения диска  должна быть такой же, 600ф\с, - но это невозможно; поэтому полученная осыпь, показывает общую длину полосы дроби, и очевидно, что часть поверхности диска     показывает общую длину полосы дроби должна двигаться после стрелка, как он стреляет ее,  с той же скоростью как дробины доходят до его. 

С диском, вращающимся со скоростью 200ф\с, м-р Гриффитс достиг расширенной  

Из этого видно, что значительная часть снаряда дроби не может быть использована для поражения высокой или дальней  поперечной птицы, и это еще одна причина, по которой  ее так трудно убить, хотя вы можете стрелять из своего ружья на 40 ярдов по неподвижной мишени и удивлюсь, если даже бекас сможет избежать плотной осыпи, которую он создаст. Однако неподвижная мишень не показывает нанизывания снаряда дроби.

(1)Продолжение прим.к стр.64.  

осыпи длиной от 10 до 12 футов, но если бы он вращался со скоростью 600 фут\сек, длина осыпи была бы почти втрое длиннее, или как указал мистер Гриффитс, около 30 футов. В случае вращающегося диска, или что было бы правильнее, длинной плоской мишени, если бы можно было устроить ее движение в продольном направлении с достаточной скоростью, колонна дроби будет вытянута пропорционально своей скорости и скорости вращения диска, или скорости движения мишени перед ружьем.  

Фазан, пролетающий над головой или сбоку на расстоянии 40 ярдов, летит, когда нет ветра, со скоростью около 60 футов в секунду и перемещается почти на 9 футов в течение времени, которое требуется  самым быстрым дробинам снопа для того, чтобы достичь его.

Если летящему на 40 ярдах фазану требуется от 8 до 9 футов  при вышеуказанных условиях,  ясно, что самые медленные дробинки снопа   не могли подойти к птице  (если она еще не будет убита) до того как она пролетела мимо них: т.е. за пределами положения, где  она бы находилась, когда самые быстрые дробинки достигли ее. Во всяком случае, хорошо бы взять по высокому или далекому фазану упреждение значительно больше, чем надо на первый взгляд, как если бы самые быстрые дробинки действительно проходили перед ним, то более медленные  могли бы подойти вовремя.

Если упреждение будет недостаточным, и передние быстрые и задние медленные дробинки пройдут позади птицы.  Однако, какой процент самой быстрой части снопа попадает в пролетающую птицу, а какой процент более медленной части подойдет слишком поздно, чтобы быть полезным стрелку, остается за пределами предположений.

- - - - - - - - -

ГЛАВА VII

Пробиваемость дробин по живой птице на разных высотах. Различие в видимых размерах фазана когда кажется над головой и горизонтально. Как убить фазана над головой. Как убить высокого фазана, который прошёл позади стрелка. Положение ружья и рук при наведении ружья на дичь

Я привел осыпи  и пробы на пробиваемость ружья при стрельбе по целям на разных высотах. Я так же описал, как на самом деле были убиты несколько реально высоких фазанов Серия V,  и, наоборот, Серии VI, VII, VIII показывают как высокие фазаны могли быть убиты или пропущены, если рассматривать их с целевой точки зрения.

Теперь я перейду к последнему эксперименту, который я провел, чтобы проверить проникновение  дробинок в фазанов на разной высоте. Результаты любопытны, и, для стрелка по дичи, довольно удивительны.

Птицы в этом эксперименте, серия IX, были взрослыми петухами, которых брали из загона, в котором они содержались, и каждого следующего убивали за несколько  минут до того, как  его поднимал воздушный змей. Таким образом, они были практически живыми в том, что касается проникновения попавшей в них дроби. (1)

(1)Однако в каком-то смысле они были более уязвимы для дроби, чем если бы они были живыми птицами на крыльях. Оперение лежало бы плотнее и ближе к коже, потому представляло бы собой немного более сильное сопротивление дробинам, так как мертвых птиц подвесили прямо над стрелком, дробь поразила их так же, как если бы это была живая птица в том же положении – птица неподвижная, но угол выстрела и эффективность дроби соответствует.

Предварительно перед стрельбой по птицам я проверил по альбомам Петиттса некоторые патроны, которые собирался использовать, и обнаружил, что они показали отличную пробиваемость на 40 ярдах по горизонтали.

Фазаны были прикреплены по одному за раз, как требовалось, к небольшому каркасу из тростника. Их крылья, головы и тела были прикреплены к каркасу проволокой в вытянутом положении, как будто они летели, так что каждая птица, подвешенная к веревке воздушного змея, представляла собой обычную цель, представленную высоким фазаном, проходящим прямо над стрелком.

Три высоты, 40,50 и 60 ярдов были представлены тремя длинами  шнура, точно измеренным для соответствия.  Например, если фазан был подвешен на высоте 40 ярдов, то до него и было 40 ярдов, к его ногам был прикреплен длинный шнур, и он был направлен вверх, пока шнур, привязанный к руке стоявшего рядом со стрелком человека,  был туго натянут. С птицами, подвешенных на более высоких высотах, обращались таким же образом, причем для определения их высоты, конечно, использовались более длинные шнуры.

Во время испытаний ветер был слабым, и птицы висели так устойчиво, что, по всей видимости, их легко было бы поразить из ружья. С ружьем, казалось, невозможно было избежать того, чтобы  не всадить дробь повсюду, тем более, что для теста было сделано так много тщательно выцеленных выстрелов в каждую птицу, не  опуская ее на землю. Результаты стрельбы приведены на следующей странице.

Серия IX

№1. Неподвижный фазан на высоте 40 ярдов. Шесть выстрелов (более 1700 дробин).

Результат – в птице застряли двадцать четыре дробинки . Одна попала в сердце, одна сломала кость правого крыла, одна прошла через пищевод, десять из двадцати четырех просто проникли под кожу и остались между кожей и плотью. Из 24 попавших в птицу дробинок 21 нанесли поверхностные раны, которые бы не остановили ее полет.

Дробинка, попавшая в сердце, была единственной, которая вызвала бы немедленный коллапс птицы, хотя дробинка, попавшая в пищевод, могла бы привести к окончательной смерти, а сломанное крыло привело бы ее к земле.

Среднее количество дробин за один  выстрел (по шести выстрелам) – четыре.

№2. Неподвижный фазан на высоте 50 ярдов. Двенадцать выстрелов (более 3300 дробинок).

Результат – девять дробинок застряло в птице, в среднем меньше одной дробинки на выстрел. Они нанесли легкие поверхностные раны, немногие из которых проникли дальше кожи, а затем лишь слегка повредили плоть.

№3. Неподвижный фазан на высоте 60 ярдов. Двенадцать дробинок из 3300 вылетевших. Результат - ни одна дробинка не пробила кожу птицы, хотя в него попало несколько штук, так что три или четыре дробинки упали с его оперения при осмотре.

Ружье – осыпь 170 дробинок в выбранный 30 дюймовый круг на 40 ярдов по горизонтали. Заряд – унция дроби №6, 287-289 дробинок, порох Шульце, 44 грана.  (1)

Рассматривая с одной стороны вопрос о пробивании, эти результаты показывают, что только очень небольшое число дробинок может поразить столь высокого фазана, хотя он в данном случае неподвижен и по нему легко прицелиться, число их совпадает с попавшими в силуэт фазана в Сериях  VI, VII, VIII, полученных на выбранных осыпях в больших мишенях.   В Серии IX  было произведено 12 выстрелов, на высотах 50 и 60 ярдов, в сериях  VII и VIII –всего по 6 выстрелов на каждой высоте.

- - - - - - - - - - - - -

Разница, хотя и может быть только оптической иллюзией, в кажущемся размере фазана –как видится стрелку - на расстоянии 40 ярдов перпендикулярно и на 40 ярдов горизонтально  интересна в связи с правильным прицеливанием.

(1) Я хотел придать как можно больше силы дробинкам, ранее я экспериментировал на альбомах Петиттса с унцией дроби №6 и зарядом в 36 гран ЕС, а затем с 40 гран Шульце, но с очень плохими результатами, как по пробиваемости, так и по кучности. Я вряд ли мог ожидать чего-то иного, поскольку в охотничьем ружье нет ничего более определенного, чем то, что если оно перегружено порохом, его осыпь и, следовательно, пробиваемость – хуже. Если дробовой сноп  выбрасывается из ствола со слишком малой скоростью, большая часть их  рассеивается и уносится прочь от линии прицеливания, однако нет ничего необычного в том, чтобы услышать, как стрелок, использующий передозировку пороха и недосып дроби, ошибочно полагает, что такая нагрузка поможет ему убить очень высоких и далеких птиц. Эта идея снова и снова оказывается несостоятельной во всех отношениях.

(2) Я беру стрелка с нормальным зрением, и таким образом могу ясно видеть высокую птицу без очков. Хотя наши линзы, как и другие

На рисунках (рис. 5,6,7) видимые размеры птиц даны так, как их видит стрелок, когда они измеряются от дула его ружья, причем ружье находится у плеча и направлено в их сторону.

             

Измерения были сделаны с мертвых птиц, подвешенных на веревке для воздушных змеев, их крылья, головы и хвосты были вытянуты проволокой. Маленькие  штангенциркули были прикреплены к дулу ружья и расположены таким образом, что их можно было установить по размерам птиц, не снимая ружья с плеча.

С помощью этого метода были получены перпендикулярные и горизонтальные измерения птиц.

Объект над головой, если его замерить, кажется намного  меньше, чем объект на том же расстоянии от земли. Даже если мы смотрим издалека, чтобы не сокращать его фигуру, на человека, работающего на  крыше высокого здания, он выглядит карликом по сравнению с тем, как если бы он стоял на том же расстоянии от нас на тротуаре. Маленький и круглый воздушный шарик дает точно такой же эффект.

Удивительно, насколько мал по сравнению с тем, что воображается, кажущийся размер объекта, если его измерить так, как видит глаз.

Высокий фазан может представлять собой цель, в которую нужно прицелиться, длиной в пару футов, хотя вряд ли это может быть измерено зазором между большим и указательным пальцами.

(2)Продолжение прим. со стр. 69. могут отличаться, но я обнаружил очень незначительную разницу между визуальным размером, с которым один дальнозоркий человек  видит объект, и тем, как его видит другой, если они измеряют его размеры с помощью штангенциркуля, в каждом случае конечно на одинаковом расстоянии от глаза. Я слышал, что оспаривается, что птица высоко над головой может, благодаря оптической иллюзии,  казаться взгляду  меньше, чем видимая горизонтально и вблизи земли. Теория была приведена, чтобы доказать, что это неправильное предположение, все же факт не подлежит сомнению, как должен  понимать любой, кто, как и я, провел тщательные практические тесты.

Однако объект не может быть на самом деле больше или меньше  для нашего зрения, чем мы его видим, хотя оптическая иллюзия и изображение могут ошибочно влиять на наше представление об его размере. Это безусловно дискурсивно, хотя и в некоторой степени относится к возможности поражения высокого фазана.

Очень маленькая отметка, представляющая 40ярдового высокого фазана, видимая глазом стрелка,  на рис.7, делает выбор нужного упреждения наиболее трудным для точного определения, и это во многом связано с возможной неудачей в его поражении. С другой стороны, по низкой, хотя и столь же удаленной птице (рис.5) благодаря своему гораздо большему видимому стрелку размеру,  гораздо легче судить о скорости и в то же время брать правильное упреждение.

                 

Обычный способ убить высокого фазана, независимо от того, идет ли он прямо над головой, или немного сбоку или с другой стороны, состоит в том, чтобы сначала быстро осознать направление его полета, указываемого его головой и шеей.

Затем, с большим или меньшим упреждением, как требуется, повести ружье в том направлении, куда летит птица и, при возможности выстрела, нажать на спусковой крючок, желательно, без  осознанных рывков и прекращения поводки в момент выстрела.

Упреждение, то есть пространство между дулом ружья и головой птицы, в момент нажатия на спусковой крючок, должно быть таким же, как и в начале поводки, после вскидки ружья.

(1) Хотя измерить футы и дюймы перед высоко летящим фазаном невозможно, можно приблизительно вычислить упреждения, например для птиц, летящих со скоростью 40миль в час. Это средняя  скорость для высокого фазана в тихий день, но она значительно увеличивается при сильном попутном ветре. Эти припуски относятся к центру осыпи и включают отдельный припуск, относящийся к ружью, изображенному на рис.7.

  В 30 ярдах      ----- 7ф

  В 35 ярдах     ------ 8ф

  В 40 ярдах     ------ 9 ф

Другой способ состоит в том, чтобы прицелиться в воображаемую точку в воздухе, которую стрелок считает определенной фиксированной дистанцией перед пролетающей над головой или поперечной птицей. Здесь у нас возникают проблемы, так как труднее всего стрелять на несколько футов впереди быстро летящей дичи и выстрелить из ружья в пространство без некоторого  колебания, вызванного, главным образом,  представлением в уме о расстоянии и точности прицеливания, и, как бы ни было незначительно такое колебание, оно означает незначительную задержку на спусковом крючке.

Эта небольшая задержка на спусковом крючке позволяет птице вовремя вылететь из своего первоначального положения на несколько футов ближе к точке впереди нее, в которую стрелок стреляет из своего ружья, и следовательно упреждение становится недостаточным, а промах сзади – частым результатом.

Если стрелок стреляет из ружья по воображаемой точке в воздухе перед птицей, пролетевшей  перед ним, и если он не в состоянии точно понять наклон линии полета,  выбранная точка упреждения может быть на несколько футов выше или ниже требуемой.

Одним из очень немногих стрелков, которых я когда-либо знал, кто мог успешно выстрелить из ружья, опередив высокого или поперечного фазана, и который был также прекрасным стрелком, был покойный герцог Веллингтон. Герцог обычно держал ружье опущенным, пока птица не оказывалась в пределах досягаемости. Тогда он  поднимал ружье и стрелял перед ней в одно мгновение, так быстро, как делают снимок исчезающего бекаса в момент касания плеча прикладом ружья.

Я никогда не мог обнаружить ни малейшего признака замаха или задержки на спусковом крючке, и все же я видел, как он убил пару очень высоких фазанов за то время, которое заняло бы обычное хорошее выцеливание, чтобы убить одного из них с поводкой ружьем обычным способом.

- - - - - - - - - - - - - - - -

Есть один вопрос, касающийся фазана над головой, на котором я должен остановиться, и это убийство птицы, когда она прошла позади стрелка.

Не принято и редко бывает удачным спуск курка по птице такого рода, хотя стрелок, если случайно ранил ее перед собой,  конечно попытается достать ее.

Очень высокую птицу, пролетевшую над головой после промаха лучше всего оставить в покое, так как стрелять после того, как она уже пролетела, как правильно бесполезно, и следовательно неспортивно.

Бесполезно это потому, что дробинки поражают улетающую птицу примерно с половиной силы,

С которой они ударили бы по той же, но налетающей на стрелка птице. Это особенно  относится к быстрому тетереву или фазану, так как выстрел редко достигает цели ранее 40 ярдов, если стрелять приходится навстречу птице.

При выстреле по налетающей птице дробь встречает ее и ее скорость приводит к большей проникающей способности.

Когда птица быстро улетает, дробь должна настигнуть ее, и поскольку обе движутся в одном направлении, ударная энергия дроби составляет лишь половину того, что было бы, если бы она встретилась с птицей.

(1) это не относится к птице, поднимающейся спереди, при приближении к птице, так как в этом случае она не достигла еще своей полной скорости, или почти такой же скорости, как если бы она была сбита стрелком на неком расстоянии.

С75  Если мы возьмем скорость дроби №6 и вычтем из нее скорость, с которой мог бы лететь быстрый фазан, то легко придем к скорости удара дроби, которая, как я уже сказал, составляет примерно половину той, которая была бы, если бы птица приближалась.

Возьмем, к примеру, футбольный мяч, или грушу, такую как подвешенная к потолку, с которой практикуются боксеры.

Если мы ударим по мячу сжатым кулаком, когда он отскочит, эффект удара будет ничтожным по сравнению с тем, что будет, когда мяч ударяется на обратном движении в нашу сторону. Когда мяч отскакивает, можно сказать, что он представляет собой выстрел в угон, а когда он снова налетает, встречный выстрел. Это показывает, как трудно убить птицу даже с обычного расстояния в угон, оставляя в стороне тот факт, что ее жизненно важные части так слабо подвержены воздействию ружья.

Для поражения быстро удаляющегося фазана, как правило, требуется попадания в него  гораздо большего количества дроби, чем если бы он приближался к ружью и налетал на выстрел.

Даже высокий фазан, прямо над головой,  не получает тот смертельный удар от заряда, как если бы он был обстрелян прежде чем он достиг этой позиции, то есть когда был в нескольких ярдах спереди стрелка, хоть и высоко над землей.

Если, однако, нужно выстрелить в высокого фазана, который уже прошел, прицел, я бы почти сказал, не может быть взят слишком низко. Он должен быть, по всей видимости, по крайней мере на ярд ниже, или, во всяком случае, ниже и подальше от нее, и никогда не прямо на его. Тогда заряд дроби будет иметь шанс попасть в голову и шею птицы.  Здесь нет поводки ружья, просто очень быстрое прицеливание и мгновенный выстрел.

- - - - - - - - - - - - - - - -

Если стрелок пропускает летящих прямо над головой фазанов,  он должен вынести стволы перед левым крылом птицы, но не перед головой. (1)

Если он стреляет в голову и шею, есть большая вероятность, что он положит большую часть заряда дроби в правое крыло.

Причина в том, что человеку трудно вести ствол ружья в истинной линии с прямой птицей над головой, так как левая рука у концу движения почти всегда тянет стволы влево, то есть к правому крылу птицы.

Стреляя в левое крыло, или в то, что находится напротив вашего правого плеча, или через ваше правое плечо, допускается вытягивание левой руки, если это присутствует, вы с большой вероятностью попадете птице в голову и шею. В случае спортсмена-левши вышеуказанные направления должны быть изменены.

Вы можете проверить это, стоя под прямым углом к прямой линии прямо над вами, такой как карниз в комнате, край небесного светила или нависающая крыша. Затем поведите дуло ружья вдоль этой линии от нескольких футов перед вами назад к точке над вашей головой. Если вы делаете поводку медленно, легко избежать отклонения от линии, но если вы ведёте быстро, как вы будете делать по быстрому фазану, пролетающему над головой, вы должны понимать, что к концу поводки, прямо перед нажатием на спусковой крючок,  дуло ружья обычно будет на дюйм или два левее необходимой линии. Далее, если вы видите что в конце поводки дуло сместилось влево,  правый ствол расположен выше левого –это фатальное положение требует корректировки прицела по высокой птице.

(1) вряд ли нужно объяснять, что упомянутое крыло –это крыло птицы, правое или левое.

- - - - - - - - - - - - - - - - -

Я упомянул о двух непроизвольных движениях, которые стрелок может легко сделать, не осознавая что он сбивает прицел, особенно в отношении фазана, находящегося высоко  над головой. Одно из них – отклонение ствола от цели влево, и я объяснил как ему можно противодействовать.

Другое –это наклон стволов влево, при этом правый ствол оказывается выше левого, что приведет к тому, что снаряд пролетит мимо на несколько футов. Стрелок иногда может задаться вопросом, как ему удалось промазать по несложному верхнему фазану, которого, как он считал, он наверняка убьет и сказать себе : «Куда, черт возьми, попал выстрел на этот раз?» В этом случае небольшой наклон стволов влево, вероятно имел большое к неудаче, хотя он и не знал причины.

Единственный способ исправить мышечную ошибку, которая вызывает наклон стволов –это держать их левой рукой более плотно, чем обычно. Для этого ни в коем случае не меняйте поводку ружья или движение левой руки, а придайте устойчивость стволам, удерживая их ровно во время поводки и нажатия на спусковой крючок.

Хотя большинство стрелков лишь слегка придерживают стволы левой рукой, я считаю, что это неправильный принцип в отношении того, чтобы размахивать ими в ровной и устойчивой линии перед птицей, летящей над головой.

- - - - - - - - - - - - -

В процессе вскидки ружья все делают предплечье и кисть левой руки, за исключением очень легкого изгиба спины от бедер, и поэтому левая рука является  важным фактором, который следует учитывать.

Если левая кисть очень жесткая  и вся поводка получается изгибом тела назад,  как результат возникает тенденция уводить прицел влево, которая усиливается, если цель находится над головой и заряд легко может  пройти слева от птицы даже размером с гуся.

Левая рука, хотя и вытянута вдоль стволов, не должна быть напряженной до такой степени, чтобы   стать  жесткой как  кусок дерева.

Локоть должен быть немного согнут, если вы хотите чтобы рука двигалась свободно, как требуется для поводки ружья по птице над головой.

- - - - - - - - - - - - -

Правое предплечье и правая кисть, конечно, согнуты и не напряжены, они не должны иметь никакого отношения к управлению ружьем,  просто стабилизируют его и нажимают на спусковой крючок.

(1)  Если ваши патроны оказались  излишне сильны, держите стволы левой рукой очень крепко, и вы будете удивлены насколько уменьшится  восприятие отдачи плечом.

Если правая рука держит приклад слишком крепко, она несомненно помешает легкости поводки ружья, двигаемого левой рукой. У многих стрелков есть обычай держать указательный палец правой руки, мягко нажимая на первый спусковой крючок в то время, когда они направляют ружье на птицу, а затем усиливая давление в нужный момент спускают курок.

Когда указательный палец находится в этом положении, правая рука обязательно держит  шейку приклада довольно крепким хватом, слишком крепким, так как он проверяет  правильную поводку ружья.

Во избежание этого палец не должен быть напряженным и лежать на спусковом крючке до момента выстрела, когда он должен быстро сдвинуться внутри спусковой скобы  для нажатия на первый спусковой крючок и так же быстро передвинуться на второй спусковой крючок для второго быстрого выстрела.

        

                          

                  

 

Перевод Виктор Вальнев, Ижевск, июль 2021 года